Разбить популистские, отдающие исторической дохлятиной нововведения иваненковского плана не составляло большого труда. Это с блеском сделала губернская газета «Вести», Кировские журналисты квалифицированно разоблачили уловки первого заместителя председателя Госкомимущества РФ. Ему напомнили, что их новшество старо как мир: оно хорошо известно и в России, и за рубежом. При такой форме оплаты труда работодатель резко снижает постоянную часть заработной платы работников, обещая увеличить переменную долю, зависящую от полученной предприятием прибыли. Но если в Японии переменная часть составляет 25 процентов, в Англии 12-14, в США от 14 до 20 процентов, то уже в 2001 году хозяева «Востока» установили для своих работников более 60 процентов. И это при заработной плате в 1351 рубль. В выступлении на пленарном заседании Законодательного собрания мне пришлось объяснить Александру Иваненко, почему он не знает положительных примеров применения их новшества по оплате труда на других российских предприятиях. Их нет потому, что подобный эксперимент, начатый в США, провалился. Провалился оттого, что участие сотрудников компаний в распределении прибыли оказалось экономически неэффективным. Грамотному экономисту и без экспериментов, проводимых на людях, понятно, что прибыль любого предприятия зависит не от отдельного члена трудового коллектива, а от движения его продукции на рынке, от сложностей конкурентной борьбы, от состояния налогообложения, от искусства управления, осуществляемого высшим составом менеджмента. Последний же фактор на «Востоке» крайне ослаблен. Квалифицированные специалисты уходят с завода. Акционерное общество вместо прибыли ежегодно показывает многомиллионные убытки, и они увеличиваются. Так что Александр Иваненко обещает своим работникам половину того, чего у предприятия нет. Он это знает и, следовательно, заведомо обманывает людей.
Фокус Иваненко был опасен не только для работников предприятия. Он является неприемлемым и для бюджета района, и для формирования социальных фондов. Низкая зарплата, сложившаяся на предприятии, могла быть заморожена на ее нынешнем уровне. Вследствие этого районный бюджет получит только указанную величину налога на доходы физических лиц. Если же «Восток» каким-то образом и покажет чистую прибыль, то с полученной трудовым коллективом доплаты не поступят в бюджет района ни подоходный, ни единый социальный налог.
Политика Иваненко в отношении химзавода проявилась отчетливее после того, когда выяснилось, что часть наиболее ценного оборудования они начали перевозить на другие предприятия, входящие в структуру их компании, разбросанной по стране и ближнему зарубежью. По нашим сведениям, одно из таких предприятий находилось в г. Вильнюсе.
Ждать и медлить было нельзя. Я обратился к главе Госимущества РФ Ф.Р. Газизуллину с конкретной просьбой: отстранить от управления ОАО «Восток» неэффективного собственника А.И. Иваненко и его компанию. Первым шагом в этом направлении должна была стать передача в муниципальную собственность котельной, находящейся в хозяйственном ведении предприятия.
Министр дал слово обсудить проблему на совещании в министерстве и лично принять в нем участие. Через неделю после переговоров в министерстве наша делегация выехала в Москву. Готовились к совещанию серьезно, проанализировали все до мелочей. Но наши ожидания на благополучный исход не оправдались. Газизуллин на совещание не пришел, направил своего заместителя Н. Гусева. Замминистра чашу весов склонил в пользу Иваненко, защищал его даже по тем позициям, где нужно было отстаивать интересы государства. Наши надежды, что мы повторим вариант Кирово-Чепецкого химкомбината с передачей акций в руки государства, провалились. Предприятие, выпускающее одноразовые шприцы, а также широкий спектр лекарственных средств, было обречено. Мы это отчетливо понимали. Министра Газизуллина и его аппарат проблемы завода не волновали.
Через три года после отставки нашего правительства могучее предприятие остановилось. Люди остались без работы. Россия, производившая значительную часть одноразовых шприцев в Омутнинском районе, вынуждена компенсировать ее импортом. Завод начали разорять: круглосуточно с его территории колонны автомашин вывозят оборудование на металлолом. Очередной «шедевр» Чубайса наглядно доказал свою несостоятельность. Опасная утопия, начавшаяся в 90-е годы, превратилась в народнохозяйственную трагедию.
К счастью, мы успели провести к поселку Восточный газ, построить котельную. Сейчас люди живут в тепле, они не замерзнут. Печально, что населению, бывшим рабочим и инженерам, приходится ездить на работу в г. Омутнинск, многие трудятся вахтовым методом на газонефтепромыслах Крайнего Севера. Поселок ветшает, у людей нет прежнего оптимизма, а главное - нет ясной перспективы на будущее.
