Внезапно я выпрямился в кресле, в моей голове промелькнула мысль, которую я сам десять минут назад высказал Никабару, мысль о том, что похитители могут подсунуть им своего пилота. Очень даже возможно, что паттхи именно это и пытаются сделать, у них вполне достаточно денег, чтобы швыряться ими, а я — единственный, которого они знают из всей команды. Один хорошо продуманный удар может навсегда вывести меня из игры, и тогда остальным останется только искать нового пилота.
А если паттхи могут трясти большими суммами перед носом пилотов, то что им мешает купить и механика? Наш внедренный агент, независимо от его талантов и умений, не может один вести корабль таких размеров и формы. Но вот двое агентов паттхов вполне могут с этим справиться.
И если для комплекта ему нужен механик, то легче всего заполучить его на борт, организовав вакансию. Наш диверсант добился успеха и убрал с дороги Джонса. Но я опередил его, у меня уже был наготове Иксиль. Может быть, угроза отравления была просто неуклюжей попыткой запугать моего напарника?
Если это так, то их ждет глубокое разочарование. Каликси вообще не так-то просто запугать, а Иксиля — тем более.
Тогда остается один-единственный вопрос: почему «Икар» все еще не попал в руки паттхов? Кажется, мне удалось нащупать ответ и на него. Дядя Артур сказал, что Генеральный директор паттхов лично связывался с правительствами планет, лежащих на нашем предполагаемом пути. Но что, если он говорил не от лица всех паттхов? Я всегда полагал, что паттхи очень монолитны, по крайней мере, когда дело касалось их отношений с другими расами, это выглядело именно так. Но что, если это не совсем так?
В таком случае наш диверсант не сдал нас этим несчастным монополистам только по той причине, что у него не было под рукой тех паттхов, которые в этом заинтересованы. Может быть, таможенный обыск на Потоси был попыткой предупредить кого-то, только этот «кто-то» не получил послания вовремя. Или мой трюк с именем Антоновича избавил нас от неприятностей и позволил нам покинуть планету быстрее, чем некоторые этого хотели.
Я знал, что не стоит даже и пытаться смоделировать политическую ситуацию без дополнительной информации о паттхах, которую я вряд ли получу в скором времени. Однако вместе с этим предположением появилась и счастливая возможность. Если нашего диверсанта не подрядили в космопорту Меймы, а это маловероятно, значит, он и раньше был как-то связан с паттхами. И если мне повезет, я смогу нащупать эту связь, изучив сведения о членах команды, которые дядя Артур обещал подготовить для меня к следующей стоянке.
Я снова изучил показания приборов и, хоть это было чревато лишним расходом топлива, немного увеличил скорость. Мне вдруг очень захотелось побыстрее добраться до Морш Пон.
Перелет от Потоси до Морш Пон занял восемьдесят четыре часа. Восемьдесят четыре часа, которые прошли более спокойно и утомительно, чем я предполагал. За весь отрезок пути нам пришлось лишь дважды останавливаться, чтобы Чорт залатал очередные складки на корпусе. Учитывая чудаковатую конструкцию «Икара», две остановки за перегон — это совсем не много. Должно быть, сферические поверхности, хоть и выглядели неуклюже, намного лучше выдерживали давление гиперпространства, чем изящные, плавные корпуса типовых кораблей, с которыми я привык иметь дело. А может, просто загадочная гравитация внешнего корпуса оттянула от него всю нашу удачу.
Попыток диверсий больше не было. Ну, если и были — мы о них ничего так и не узнали. Но у нас и без того хватало забот. Шоун теперь регулярно получал свои дозы борандиса, так что окончательно съехать с катушек ему больше не грозило. И на окружающих он больше не кидался. Только вот беда — парень, похоже, подсел на зелье давно и основательно, и, чтобы держать его в норме, требовались дозы больше, чем предписывалось обычным больным. Эверет подсчитал, что запасов борандиса хватит до Морш Пона и, возможно, до следующей стоянки, а потом придется ломать голову, где раздобыть еще.
Еще одной головной болью оказался наш архаичный компьютер. Неполадки с дисплеем, о которых упоминала Тера, оказались куда серьезнее, чем она думала, и простой настройкой обойтись не удалось. Причина столь капризного поведения техники выяснилась, стоило снять кожух: внутри все микросхемы оказались покрыты тонким слоем микроскопической пыли. По-видимому, эта пыль обладала достаточной электропроводностью, чтобы создавать непредсказуемые системные сбои, когда вентиляторы разносили ее по платам и компонентам.
