Я спустился в дыру и в свете фонаря увидел длинный сводчатый подвал. По бокам его лежали дубовые бочки и винные бутылки. Я посветил поближе – бочки были закупорены, бутылки запечатаны сургучом.
– Ты все понял? – спросил Алешка, когда я выбрался.
– Еще бы! Ты клад нашел. Здесь запасы старинного вина. За каждую бутылку тебе дадут по тыще баксов.
– Фиг с ними, – отмахнулся Алешка. – Ты не все понял. А я понял.
Кабута!
– Здесь, Дим, по ночам бродили не козлы с копытами, а братки этого Ломакина. Они что-то в подвале искали. И будут здесь прятать морильное дубье.
– А зачем его прятать? – удивился я.
– Во-первых, Дим, это не ихнее. Во-вторых, Дим, это государственное. – Неплохо малыш стал мыслить. – А в-третьих, Дим, я все прочитал: этим бревнам надо подсохнуть в холодке, без солнца и обтряхнуться от песка. Чтобы инструменты, которыми их будут обрабатывать от него не портились.
Не слабо пацан потрудился!
– Лех, а с чего ты взял, что в подвале братки этого Ломакина шарили?
– С экспертизы. Я в подвале один хороший след спичками замерил, а потом на берегу сравнил. И все совпало. Я вот еще только не знаю, как они в подвал попадают и что они там ищут.
Мы снова закрыли дырку ворохом травы, и Алешка сказал:
– Давай бурьяна наломаем, для шалаша, а то Шурик там ждет. Нехорошо ребенка обманывать.
Шалаш получился славный, но не очень долговечный. Вдруг налетел откуда-то ветер и завалил наше жилище набок. Мы из него выбрались, отряхнулись, загасили костер и собрались домой.
Алешка в который раз оглядел противоположный берег и пожаловался:
– А Хилтона что-то все нет. Не видать его удочки.
И вдруг он широко раскрыл глаза и посмотрел на меня в испуге:
– Дим! А ведь его похитили!
Что-то тут у Лешки «не срастается», подумал я. Хилтон опытный полицейский, охраняемый папиными сотрудниками, далеко не глупый… И он мог попасть в лапы тупым бандитам? Что-то мне в это не верится. Да и зачем он им нужен? Для выкупа? Ну уж, извините! Он – гражданин Великобритании, находится под защитой британских властей да и самой королевы. Да они там такой хай поднимут, такие примут меры, что мало не покажется! – Дим, у тебя есть резиновые сапоги? – вдруг спросил Алешка. – Ты не догадался их с собой прихватить?
– Не догадался! – рассердился я. – И зимнюю куртку не захватил! И пирог с черри!
– Жалко, – вздохнул Алешка.
– У Железного Дровосека есть сапоги, – подсказал Шурик. – Он даст, он не жадный. А если не даст, мы их скрадем, на время.
Алешка коротко взглянул на него, и мне показалось, что он сейчас скажет с одобрением: «А ты становишься человеком, Шарик. Я тобой горжусь».
– Сбегаешь? – спросил он Шурика.
Шурик сбегал и принес черные резиновые сапоги с красными заплатками. Я их надел.
– Тебе идут, – сказал Алешка. – Ты в них тоже на человека похож. – И повернулся к Шурику: – Сбегаешь?
Шурик понял его с одного слова и довольно скоро вернулся со своими и с Алешкиными сапогами. Самое интересное в том, что ни мне, ни Шурику не пришло в голову, зачем нам сапоги? Мы просто переобулись и в удобном месте перешли на другой берег Тайнинки.
– А куда мы идем в своих сапогах? – спросил Шурик.
– В тыл врага, – буркнул Алешка, вглядываясь вдаль.
А вдали было вот что. Что-то вроде стройплощадки, на которой ничего не строили. На которой только стояла строительная техника. Экскаватор, бульдозеры, небольшой кран, два трактора, грузовик застыли в полной боевой готовности. Как перед атакой. Техника расположилась меж двух строительных вагончиков. Возле одного из них, что подальше и попроще, горел костер, над которым висел и исходил паром закопченный котел. Вокруг костра теснились рабочие.
Алешка смело зашагал к ним. Рабочие обернулись. Переглянулись. С еще большим вниманием нас оглядели.
– Это вы будете речку искривлять? – смело спросил Алешка.
– А она и так кривая, – заржал здоровенный строитель, помешивая в котле варево. – Мотайте отсюда!
– А вот в Англии, – с усмешкой ответил Алешка, – дети ходят где угодно.
– Ну и мотай в свою Англию! – Строитель вытащил из котла поварешку, стряхнул с нее налипшие макароны и погрозил ею.
Но тут на сцене появилось новое лицо – парень в кожаной куртке. «Не обремененный интеллектом», – как сказал один писатель. Он подошел со стороны другого вагончика с баллоном пива под мышкой. По рассказам Алешки я понял, что это Толян. Или Колян. Немного ошибся – это оказался Вован.
– Какая Англия? – хмуро спросил он.
– Да вот, Вован, эти шустрики-мямлики нам тут мозги пудрят.
– Какая Англия? – Вован тяжело повернулся к нам и сделал глоток пива из литровой пластиковой бутылки.
– Великобританская, – сказал Алешка. – Туманная. Вдали от родных берегов.
«Кабута такая», – подумал я, стараясь понять, что Алешке нужно. И выбирая на всякий случай самый короткий путь к отступлению.
– Говори толком. – Парень Вован почему-то не дал нам пинка, а проявил к нам какой-то интерес. – Ты че, по-английски спикаешь?
– Это не я, – сказал Алешка и уступил место на сцене бедному Шурику, – это он.
– Такой мелкий? – Вован с недоверием отхлебнул еще пива.
Шурик возмутился:
