Зварыгин рассматривал ее, пытаясь понять, как строить с ней разговор. Нет, внешне она почти не изменилась. А вот ее движения стали на удивление четкими и изящными. Точно выверенными. Жутковатое впечатление производила ее манера неподвижно замирать в любой позе – даже кажущейся явно неудобной. Да и в кресле она сидела не вольготно расслабившись – а напоминая взведенную пружину. И она, медленно повернув голову, обвела всех взглядом, после чего уставилась ему прямо в глаза.
На лице Зварыгина не отразилось никаких эмоций. Но внутри… Словно в какой-то момент прорвало плотину, которой он столько лет успешно отгораживался от мира. Он чувствовал слишком много – опасение, торжество и страх все испортить. Желание понять, какая она под маской. Желание снова ничего не чувствовать – просто вытравить все эмоции, не сдерживать себя, а просто и в самом деле вернуть былую опустошенность…Химера молчала, глядя на него, и он постарался откинуть все эмоции в сторону. По всему выходило, что разговор начинать придется ему. Но что можно сказать человеку, которого ты обрек на смерть? Спокойно и хладнокровно списал, как расходный материал? Что можно сказать существу, которое видит в тебе своего убийцу?
– Спасибо, что согласилась на встречу. – Его голос, несмотря на все, что он испытывал, звучал ровно. – Думаю, пришло время поговорить. Обо всем.
– Поговорить… – ее голос был странно тихим, но, в отличие от маски, которую она носила, в нем отражалось множество эмоций, расшифровать которые он пока не мог.
– Да, время пришло…
* * *
Когда я закончила анализировать информацию, я поняла, не зря потратила время. Теперь я знала, что представляет собой Феникс. Вернее, что будет представлять, когда проснется.
То тело, которое обретала я, выходя в реальный мир, представляло собой энергетическое образование и нуждалось в постоянной подпитке энергией. Я делала это неосознанно, просто забирая то, что нужно мне, из мира потоков. Феникс имел вполне реальное тело, защищенное энергетическим коконом. Но та оболочка, которая защищала его – она тоже подпитывалась посторонней энергией. Он не сможет, подобно мне, перемещаться через мир потоков… Но это не делало его менее опасным. Как и я, он был почти неуязвим в мире высоких энергий. Но его тело – несмотря на надежную защиту – оставалось телом человека. В отличие от меня, потеря тела значила для него смерть.
С психикой было сложнее. Вообще, сложно было сказать, сколько останется в нем человеческого – скорее всего, намного меньше, чем даже во мне. Хотя, в отличие от меня, он сохранит все свои воспоминания. Но утратить их адекватную оценку. А может, и наоборот – потому что будет видеть во всем только логику – и ничего больше.
Я замерла в потоке, позволяя энергиям обтекать мое тело, наполняя его силой. Я давно привыкла к тому, что мои глаза видят сквозь всевозможные цветовые оттенки, словно охватывая этот мир во всем его совершенстве. Потому что этот мир был невероятно красив – во всяком случае, с моей точки зрения. Самая слабая аналогия, которую я могла придумать для реальности – это если человека из темной комнаты внезапно поместить в центр фейерверка… Когда одновременно взрываются миллионы огней и сверкающие реки всех цветов омывают тебя со всех сторон.
К сожалению, моя эйфория длилась совсем недолго – пришедшее письмо напрочь убила желание любоваться красотами. Письмо было от Зварыгина и сообщало о похищении Виктора. Несколько секунд я колебалась, подозревая ловушку и перечитывая письмо. Потом попыталась найти Виктора – он знал, что не должен выключать свой мобильный. Сигнала не было. И я решилась – даже если мной попытаются управлять – оставить без внимания такую угрозу я не могла. И я сделала шаг в реальность, возникнув как раз там, где меня ждали.
Мое появление, похоже, явилось некоторой неожиданностью. Передо мной были очень и очень знакомые лица. Зварыгин. Туров. Царев.
Замерев на несколько секунд, я решила, что не позволю им диктовать себе условия. Мне нужна была от них информация – и только. Я прислушалась к себе, пытаясь понять, что же я ощущаю, стоя к ним вот так, лицом к лицу… И поняла, что почти ничего. Равнодушие.
Легко обойдя Турова, я уселась в кресло и принялась внимательно их изучать, размышляя о том, что могу сейчас им отомстить. Но не испытывая никакого желания это делать. Мне важен был Виктор, а до остальных мне не было почти никакого дела. Разве что… Я встретилась глазами со Зварыгиным… Разве что еще до одного человека.
