– Ты что, уже все выхлебала? – спросил Дидикин.
– Ну а что, если я плохо сплю, – раздраженно ответила Юлия. – Про часовые пояса не слышал?
Задав еще пару вопросов, Грановский отпустил супругов, поднявшихся по лестнице на расстоянии четырех ступенек друг от друга.
С кухни донесся звук корковой пробки, с силой вырванной из горлышка. Что-то полилось в бокал.
– То что надо. – Вострякова отхлебнула виски и блаженно вздохнула. – Налей еще.
Тимофей осторожно налил, читая название на этикетке.
– Глен Ги… Га… Гэри. Ох.
– Да какая разница, главное, хорошо идет. А им завари кофе. – Полина кивнула на бледную как смерть Камиллу. Марианна и Валентин молча сидели, обхватив головы.
Вострякова отпила и, откинувшись назад, закинула ноги на стол.
– Шеф, посмотрите, – шепнул Зверев. – Они же обдолбанные.
– Вижу. – Грановский смотрел только на дочь.
– Пап, а долго еще? – устало спросила Марьяша.
– Один вопрос, – ответил Грановский. – Где вы все были вчера вечером?
– Здесь, – хором ответили четверо.
– Я уехала после девяти, Тима вызвал такси, – тихо сказала Марьяша. – Но писала им ВКонтакте.
Грановский кивнул ей.
– Во сколько пришли-ушли?
– Часов в семь – начале восьмого. А ушли в двенадцать с чем-то.
– Я пораньше, – пробормотал Валентин.
– Я лег спать. Папа доставал, что уже поздно, – промямлил Тимофей.
– Вы все живете поблизости? – спросил Зверев.
– Я на Тихорецком, – отозвалась Марианна. – Добираться неудобно.
– Я рядом. За углом. – Вострякова шевельнула бровями и потянулась за бутылкой.
– Тебе не хватит? – спросил Тимофей.
– Ну тебе же не жалко? – Полина поболтала ногами в воздухе.
– Чуть подальше, на углу Малой Озерной и Березовой, – тихо сказал Валентин, глядя перед собой.
– Недалеко. Но я ночевала тут, – пробормотала Камилла, дрожащими руками поднося ко рту дымящуюся чашку.
– Когда уходили, видели кого-то возле дома Мироновой?
– Проверьте камеры, адмирал, – нашлась Полина.
– Не называй его так! – прошипела Марианна.
– Ладно, давай в участок. Камеры реально пускай проверят. Я видел на стенах. Соберемся с мыслями, и вперед, – устало сказал Грановский.
– Понял, шеф.
– Может, ты все-таки расслабишься? – Марианна подошла к Полине и наклонилась над столом.
Вострякова приподнялась, медленно лизнула ладонь и провела по щеке Марианны.
– Сделай мне так же, и расслаблюсь.
– Отвали! – крикнула Марианна.
Тимофей и Валентин хихикнули. Камилла застонала.
– Слушай, ты! – Грановский подошел к Полине, сверкая глазами.
– Да это шутка.
– Еще раз так пошу…
– Папа! Хватит, – осадила отца Марианна.
Грановский в изумлении вытаращился на нее.
– Ты что за эту нахалку заступилась? – спросил Грановский дочь. Они ехали по Выборгскому шоссе в сторону Тихорецкого, где Марьяшу уже дожидалась взволнованная мать. Узнав, что отец вызвался подвезти дочь, Валерия Грановская ничуть не успокоилась.
– Пап, ты не понимаешь.
– Чего не понимаю?
– По-твоему, я просто так сюда катаюсь с тремя пересадками? Музыкальные школы и рядом с домом есть. Но тут «Элитный клуб». Престижно. А у нас свой клуб. Тимка – председатель. Его отец здесь авторитет. Тусуюсь с ребятами из ближних домов. У них своя закрытая группа ВКонтакте. Все завидуют, подают заявки. А из нездешних приняли только меня. Знаешь, сколько лайков нам ставят к фоткам? Я тут уже стала своей.
– Не знаю я эти ваши сети и знать не хочу!
– Вот и не говори тогда.
– Можно подумать, остальные здешние.
– Поля и Тимка знакомы с первого класса. Валя их знает с третьего. Его отец работает на полковника. Павел Сергеич им помогал, когда Валина мама заболела. Она умерла в прошлом апреле, к сожалению. Валя очень переживал.
– Еще бы.
– Камилла и Полина – лучшие подруги. С Калей мы познакомились на уроке вокала.
– Который вел Евгений Ивченков?
– Ага.
– Тот, которого убили.
– Ну да. А убийцу нашли?
– Пока нет. Про парня утонувшего ты слышала?
– Да, Валя рассказывал. Он учился в их школе. – Марианна встрепенулась. – Ты думаешь, их и Наталью Ильиничну убил один и тот же человек?
– Не знаю, Марьяша. Пожалуйста, ни с кем не болтай об этом. И будь аккуратнее, ладно?
– Ладно.
– Надеюсь, фотографий с места преступления в Сети не будет.
– Только в нашу группу.
– Не сметь!
– Это же эксклюзивный контент.
– Я сказал!.. – Грановский грозно посмотрел на дочь.
Остановив машину возле нового дома Марьяши, Грановский повернулся к девушке.
– Так. А теперь о другом. Это что было вообще?
– В смысле?
– Вы же чем-то обкурились. Или наглотались. Это правила клуба?
– Пап…
– Марианна!
– Я только один раз затянулась. Может, два. Валя чуть больше. Сказали, ему полезно.
– Что за бред, как дурь может быть полезна?
– Ему очень плохо без мамы. Его отец стал пить.
– Но не таким же способом успокаиваться!
– А каким?
– Кто принес эту гадость, Полина?
– Ну, она.
– Я ей не позавидую.
– Папа!
– Хватит. Ты Камиллу видела?
– Видела-видела.
– Дай слово… – Грановский крепко взял дочь за руку.
– Да хорошо-хорошо, не буду больше. Лучше…
– Что?
– Ничего. – Марианна отвернулась.
– Говори как есть.
– Лучше этого прижми, который приносит. Я видела, как он утром передавал ей пачку.
– Кто такой?
– Да этот, муж Тиминой сестры. Николай.
