– Думаешь, если прикроешься своим пузом, то я тебя пощажу? – прошипел, едва сдерживая гнев. – Как бы не так!
– Это твой ребёнок! – с едва заметной мольбой в голосе заявляет мне.
Ну это уже явный перебор! Чувствую, как в венах закипает кровь и начинает зашкаливать пульс, слышу скрип собственных зубов, а лицо сводит от желваков.
– Чегоооо?! – едва не опешил от нахалки. – Не надо на меня вешать чужих приблудышей, ясно?! Я. Тебя. Уничтожу! За предательство. За измену. За беременность. За фирму. Ты заплатишь за все, обещаю!
Твою мать! Почему начинает жечь в груди, когда вижу её слезы? Она ворует мои деньги! Изменяла, ещё и брюхо растит от конкурента, но… Отворачиваюсь к окну. Не могу больше видеть мою дев… эту стерву! Вздрагиваю, когда резко хлопает дверь, потому что меня изнутри накрывает пустотой.
Не прощу! Никогда!
Эля
Уррра! Сегодня иду на выписку! Правда, Болотский младший, как мне только ни угрожал, что в случае чего, запрёт в больнице до самых родов. Естественно, мне бы очень не хотелось такого исхода – належалась уже. А еще, оказывается, у них с папочкой семейный конфликт. Игорь Борисович обманом мою карту получил – выкрал, можно сказать. Хотя, это, в общем-то, и не требовалось, ведь Олег привез из дома мои вещи, включая выписку и витамины.
Ну и намучали меня за это время! Гулять не ходи, много не стой, долго не сиди, лежи и кайфуй. Угум, как же. Всю жизнь только об этом и мечтала! Вес не набираю – плюс дополнительная капельница. А когда мне аппетит нагуливать? Первые две недели я проплакала из-за сильного страха потерять свою малюточку. Перед глазами постоянно возникали неприятные картинки, которые не желали уходить. Тело сковывало от страха, ведь… Да, я никогда не мечтала о детях, материнство меня пугало и отталкивало, и до недавнего времени искренне считала себя чайлдфри или кем-то вроде того, но теперь мне кажется, что мой пузожитель – самое большое чудо, которое только могло произойти. Наверное, я до конца еще не осознаю, что скоро стану мамой, однако с большим нетерпением жду нашей встречи с малюткой.
Пономарев долго извинялся, умолял его простить за наше с ним ДТП, но я-то знаю, что он не виноват. Сама ведь под колеса бросилась, Руса догнать хотела, а он… Даже и не знает, небось, что произошло. Да и не заслужил. Хотел бы – нашел, в конце концов!
Олег – это один из тех немногих людей, кому я безгранично доверяю, поэтому, он в курсе всех подробностей произошедшего. Мой бывший мужчина никогда не был слишком боевым – дипломат, как никак. Но я видела, как у Пономарева чесались руки «поговорить» с некоторыми. Олег в принципе очень сильно повзрослел с момента нашего расставания. Отдельное ему спасибо, что не выдал меня ни бывшим коллегам, ни Карпуше, в частности. Моя апатия напрочь отбила охоту кого-либо видеть. Даже Руса. Поэтому от нового телефона я сразу отказалась, зато была рада планшету. Олег не поскупился на новенький гаджет. Игры, книги, поддержка графических редакторов – все «летает». Вот только не хочется ничего…
Хотя, кого я обманываю?! Руса хочу! Ощущать его сильные руки, чувствовать запах самца, слышать хриплое «малышка»… Он снится мне не только каждую ночь, мерещится, лишь стоит прикрыть глаза. Я обязательно с ним поговорю! Не могу же я скрывать ребенка от отца?! Хватит того, что, благодаря матери, я НИКОГДА не знала о своем папе и его родственниках. Она, в принципе, никогда о нем не упоминала, как бы я ни расспрашивала. Это так обидно: видеть как других девочек папы на ручках носят, учат водить велосипед, дарят первые цветы, защищают от соседских хулиганов, а я… Еще и в коварной столице росла, где для жалости нет места. Не раз меня тыкали носом в неполноценную семью. Ведь и от мамы родня отказалась: зачем им приблуд в подоле? Позор какой! Я лишь догадываюсь, что наша квартира – так сказать, откуп от папочки – слишком район хороший, хоть и постройка старая.
Насколько я помню из документов, мама родом из северно-восточной глубинки, а тут бац – и квартирка в столице. Одно время я порывалась «родственничков» навестить, но мама осадила, сообщила об их переезде в другой регион, а куда – Бог его знает. И фамилия у меня, мягко говоря, нередкая. Так что, смысл искать иголку в стогу сена отпал сам собой.
Мама, мамочка… Какой бы она ни была, мне очень ее не хватает. Слишком рано она меня оставила одну в этом мире. Мама итак много работала, жизнь в столице стоит дорого. Да и чего душой кривить, – она пыталась дать мне побольше. Я ходила на курсы журналистики, баловалась керамикой, еще был кружок фотографии, репетитор по математике, экономической географии и английскому…
