– Ты поедешь к нему и объявишь о моем выборе. Пусть присылает сватов, – зеленые глаза девушки сверкали решительностью, – времени у нас мало, поэтому некоторые ритуалы сократим. Совместной трапезы с жареным петухом не будет. Завтра я жду его крестного, а послезавтра он должен явиться сам и разжечь огонь в моем камине, как требует обычай. Если он, конечно, не передумал.
– Что вы, графиня, – охнула Бланка, – он только и мечтает о вас!
– Скажешь ему, что брачный контракт я сама приготовлю. Все равно ему туда немного придется вписывать. Свадьба через два дня.
Бланка смотрела с восхищением на свою решительную госпожу, прикрыв рот рукой.
– И еще, – добавила суровая графиня, – все должно быть под большим секретом. Слуги любит почесать языками, я знаю. Так вот, если пойдет слух о моей свадьбе, я буду знать, кого наказывать за болтливость, потому что эти слова слышала только ты. Ты сама понимаешь, что никто из этих гнусных сватов не должен знать, что я выхожу замуж по своему выбору.
С этими словами Кларисса встала и посмотрела Бланке прямо в глаза. Девушка поняла, что на этот раз шутить с графиней опасно.
– Я сейчас же еду, госпожа, – пробормотала она и удалилась.
Как и следовало ожидать, Марциал ошалел от внезапно свалившегося на его голову счастья. Престарелые родители, поздний сын которых был их единственной отрадой, охотно разделили радость молодого человека. В свои двадцать четыре года Марциал был вполне готов для брака, а о лучшей партии, чем графиня де Мелан и мечтать не приходилось. Положение семьи значительно улучшалось. Отец Марциала, седой мужчина с круглым, всегда красным лицом и гладко выбритым подбородком, стал срочно готовиться к важному визиту.
– Пока не передумала, – пояснил он.
Вскоре стараниями всей прислуги сват был приготовлен к поездке. Приехал и дальний родственник, крестный отец жениха. С трудом подобрали подарок для невесты. По обычаю, чтобы убедить друг друга в твердости своих намерений, молодые должны были обменяться дорогими подарками, своеобразными залогами будущей совместной жизни. Для этой цели из заветного сундука было извлечено старинное колье – семейная реликвия.
Когда украшение принесли, Марциал выхватил его из рук матери и придирчиво осмотрел. Массивное золотое колье постепенно утолщалось в своей нижней части, и было богато украшено рубинами и изумрудами. Ювелир отлично владел своим ремеслом – это было видно сразу. Колье, без сомнения, украсило бы любую женщину. Молодой человек поднес подарок к огню, и камни заиграли всеми цветами радуги.
– Сынок, – воскликнула мать юноши, – твоя невеста, несомненно, будет очень довольна нашим даром.
– Спасибо, мама, – согласился жених, – я очень благодарен вам за бабушкино колье.
От внимания слуг, конечно, не ускользнули некоторые признаки приготовления к свадьбе, и спина Бланки могла пострадать незаслуженно. Так, неожиданный приезд старого барона де Жоффруа со своим родственником вызвал недоумение у любителей сплетен, хотя визит прошел вполне гладко и без излишних свидетелей. Колье пришлось невесте по вкусу, и в ответ жених получил золоченый шлем покойного графа Мелана и его меч с богато отделанной драгоценными камнями рукоятью. Был зачитан и брачный контракт. Эд де Беньот поведал гостям, что их сын получит графство Мелан вместе с титулом графа и замком. Со стороны жениха же переходила часть земель, скот, мельница и одна деревня. Остальное недвижимое и движимое имущество вступающие в брак смогут получить только после смерти родителей Марциала.
Кларисса при всех этих священнодействиях оставалась холодной и безразличной. Лицо девушки было необычно бледным, а потухшие зеленые глаза ничего не выражали. Было видно, что решение молодая графиня уже приняла, и дальнейшие ритуалы ее не волнуют. Все события, казалось, разворачивались картинами перед ее глазами, абсолютно не затрагивая душу. А в своей душе Кларисса ощущала какое-то напряженное ожидание. Как будто должно произойти нечто неизбежное, приготовленное ей коварной судьбой. И течение жизни увлекает ее неотвратимым потоком, и не было сил сопротивляться, хотя впереди, может быть, и гремит роковой водопад.
– Завтра свадьба, мессир, – наконец промолвила графиня радостному барону де Жоффруа. Почти все время девушка молчала, и ее голос, приобретший неожиданную хрипотцу, резко прервал разговоры гостей.
– Встречаемся в церкви, – добавила Кларисса и встала, – после полудня у меня все будет готово к свадебному пиру, дальнейшие действия – как обычно происходит на свадьбе.
Гости заторопились – всем было видно, что графиня устала от разговоров и приготовлений или неважно себя чувствует.
