— Простите, мадам Кларисса, что вынуждена вас огорчить, я не хотела вам говорить, но придется. Дело в том, что новый граф уже две недели пытается затащить в постель вашу кузину. Вы же знаете, что викингам разрешается иметь много женщин. Пусть и женой считается одна, но наложниц сколько душе угодно. И неизвестно, кого он больше полюбит через пару лет — прискучившую жену или свеженькую стройную девушку. А если появятся дети? Разве будет интересовать мужа беременная жена, когда сколько угодно хорошеньких служанок! А таким светловолосым мужчинам нравятся жгучие брюнетки, такие, как мадемуазель Матильда. Ей он тоже пришелся по душе, ведь ваш муж красавец, вы сами это знаете! А что по мне, так лучше пусть моим мужем будет мужчина постарше, чтобы смотрел на меня, как на богиню. А насчет любви… А может, вы и другого полюбите, если будет хорош как любовник, пусть даже и не такой красавец, как ваш норманн!
— Я спрошу у него, и про кинжал, и про Матильду! — сердце у Клариссы разрывалось от горя и ревности.
— А вот этого не стоит делать, ведь он теперь граф! Запрет вас, и что вы сделаете? Или объявит сумасшедшей, когда вы спросите его про кинжал! Ему, конечно, не хочется, что бы кто-нибудь узнал, каким образом он стал графом! Лучше потихоньку договориться с кем-нибудь, попросить помощи. Вот ваш бывший поклонник, барон Ги де Брасси, вернулся с войны, вам нужно встретиться с ним, — деловито предложила служанка. Вы попросите мессира Ги, пусть съездит в аббатство, и пораспрашивает, может, тогда точно узнаете, кто убивал ваших родителей.
— Ты что не слышала меня, Жанна? Я люблю своего мужа! — молодая женщина соскочила с кровати.
— Не понимаю вас, мадам! Я бы на вашем месте никогда не простила убийства близких мне людей, особенно вашей матери! Ей было всего тридцать пять лет, и она была ангелом! А эти звери изрубили ее, хотя вряд ли она оказывала им какое-либо сопротивление! Я не могу простить вашему мужу убийство графини Эмилии, ведь она хорошо ко мне относилась! — некрасивое лицо Жанны стало каменным, и Кларисса с ужасом увидела, что гримасу, которую состроила ее любимая служанка, она часто видела на лице у своего отца, графа Эдмонда.
— Вы будете наслаждаться его пылкими ласками, но помните, мадам, что в это время дух вашей матери будет скитаться по замку и ужасно страдать, под ваши страстные вздохи и стоны! — патетически продолжила Жанна.
— Малышка, — окликнул жену веселый Ингмар, входя в комнату — она обернулась к нему.
— Ты плакала? — удивился граф. Он только что вернулся домой после трехдневного отсутствия и, соскочив с коня, быстро взбежал по крутой лестнице на второй этаж — в девичью комнату Клариссы, предвкушая радостную встречу. Но красные глаза жены и ее бледное лицо явно говорили о том, что что-то произошло.
— Нет, ничего особенного, — молодая женщина отвела взгляд, но, справившись с бурными чувствами, посмотрела на мужа невеселыми зелеными глазами. — Я рада твоему возвращению.
Но Ингмар не мог не заметить, что его молодая жена почему-то печальна. Он подошел к Клариссе и, обняв, притянул ее к себе. Графиня вся как-то странно напряглась, в последнее время викинг ничего такого не замечал за женой. Разве что в первые часы их знакомства. Он погладил по нежным золотистым завиткам, выбившимся из толстой косы, ощущая приятный аромат жасмина, который всегда исходил от Клариссы.
— Но я же вижу, что ты грустишь, что-то случилось?
— Ничего, просто вспомнила своих родителей.
— Да, я знаю, что они погибли.
— Их убили викинги.
— Мне очень жаль, дорогая, — шепнул прямо в розовое ушко Ингмар и поцеловал жену в шею. Кларисса не ответила на поцелуй, а, взяв мужа холодными пальцами за руку, повела за собой.
— Я действительно сочувствую тебе, милая, — продолжал утешать жену мужчина, — но, насколько я знаю, твой отец погиб как герой. Графиня тоже приняла мужественную смерть. Они оба попали в Валгаллу.
Кларисса удивленно взглянула на мужа.
— Да, в Валгаллу, — повторил он, — они попали в рай. Там им лучше, чем здесь.
— Интересная у вас религия, — как-то холодно заметила графиня.
— Боги не зависят от людей, дорогая. Вы поклоняетесь Христу, у нас другие представления об устройстве мира. И, тем не менее, Валгалла или рай, по-вашему, существует независимо от наших убеждений.
— Да ты философ, — в голосе женщины прозвучала ирония.
— Вообще-то я больше воин, — почти обиделся Ингмар, — но иногда каждый человек должен задумываться об устройстве мира и смысле жизни.
— А откуда у тебя эти драгоценности и различное оружие? — неожиданно переменила тему Кларисса.
— Я совершил два торговых похода на восток. Есть и боевые трофеи.
— Ты убивал?
— В битве приходится убивать, иначе убьют тебя.
— И забирал оружие?
— Оружие побежденного врага принадлежит победителю.
