— До дружеских «отношений» с тобой я была девственницей, припоминаешь? А во вторых?
— Во-вторых, отныне я буду определять, как тебе себя вести, с кем дружить, а с кем — не поддерживать никаких отношений, — Ингмар остановился и посмотрел жене прямо в глаза. — И я запрещаю тебе встречаться в мое отсутствие с кем-либо из друзей детства и бывших поклонников, которые не сводят с тебя влюбленных глаз!
— Что это мы такое говорим, мессир? — оживилась графиня, — ты что, ревнуешь, Ингмар? Насколько я помню, твоей целью было графство Мелан, а если точнее, земля для твоих людей! Что-то ты меня не спрашивал под венцом, девственница я или нет.
Хевдинг развернулся и пошел в сторону замка. Клариссе ничего не оставалось, как последовать за ним. Но вот мужчина остановился и взял жену за узкую ладонь. Было видно, что слова даются ему нелегко.
— Да, женитьба вообще не входила в мои планы, но если уж я женился, то никому не позволю к моей женщине протягивать свои руки, — мужчина вновь привлек жену к себе, — я этому дураку их просто отрублю. Да и тебе не поздоровиться, можешь не сомневаться.
В груди Клариссы вспыхнул гнев, она сжала свои кулачки и хотела броситься на мужа, но, вспомнив советы Жанны, остановилась. Ингмар почувствовал, как сжалась его молодая жена, и по-своему понял это напряжение. Сухой комок ревности застрял у него в горле, не давая больше вымолвить ни слова. Но вот, наконец, викинг овладел собой и процедил:
— Запомни, ты — моя жена, и не достанешься больше никому.
Кларисса ничего не ответила — как ни странно, эти слова мужа ее обрадовали. Уже смеркалось. Молодые люди медленно шли по песчаному берегу. Вода в реке казалась черной, и на ее спокойной поверхности отражались светящиеся в узких окнах крепости огоньки и мигающие на небе звезды. Больше они не разговаривали и молча пошли домой.
— Эй, ребята, — закричал Ингмар, подняв голову вверх — на крыше работали ремонтники, — вы уже прошли двадцать рядов, но в третьем оставили две битых черепицы!
Парень селянской внешности поднялся во весь рост и посмотрел в направлении, указанном графом. По тому, как он чесал затылок, было видно, что замечание было справедливо.
Поглощенный осмотром крыши, Ингмар неожиданно вздрогнул — до него кто-то осторожно дотронулся сзади. Он резко обернулся.
— В чем дело?
Лицо служанки графини выглядело растерянным и встревоженным.
— Вы приказывали, мессир, — неуверенно пролепетала она.
— Что приказывал? — не понял хевдинг.
— Вы велели мне, мессир граф, — повторила женщина, — вы сами можете пойти и посмотреть — у них опять встреча! Только не выдавайте меня, прошу вас!
Горячая волна негодования нахлынула на викинга, сердце усиленно застучало, а лицо залилось багровой краской.
— Где?!
— У реки, вон на том конце острова, графиня любит там бывать одна, в кустах орешника, где большая скамейка! — бессвязный торопливый шепот Жанны оглушительным грохотом отдавался в висках Ингмара.
Последних слов нормандец уже не слышал, потому что, отбросив приличия, помчался бегом к любимому месту отдыха жены. Удивленные стражники остались стоять с открытыми ртами — молодой граф пронесся мимо них почти галопом, придерживая короткий меч на боку.
Побежав по узкой, идущей вдоль берега тропинке, а не по обычной дорожке, протоптанной обитателями замка Ингмар мигом добрался до того места, где открывалась обширная панорама реки и увидел быстро приближающуюся небольшую лодку. Два гребца ожесточенно налегали на весла, а посередине лодки стоял молодой человек и вглядывался в ту часть острова, где находилась заветная скамейка. Ингмар сразу узнал в нем черноволосого красавца Ги, того молодого барона, о котором говорила Жанна. Один из гребцов, обернувшись через плечо, заметил в кустах графа и рявкнул что-то поклоннику Клариссы. Тот, махнув рукой, оглянулся. Ингмар, казалось, кожей ощутил неприязненный взор соперника. Лодка тут же стала разворачиваться обратно. Обманутый муж бросил торопливый взгляд в сторону места встречи. Там, в зарослях орешника, мелькнул хорошо знакомый ему фиолетовый плащ жены. Набросив на лицо капюшон, она неуверенно двинулась в направлении скамейки, но, увидев Ингмара, мгновенно скрылась в зарослях.
— Стой, трус! — закричал Ингмар барону и бросился к переправе, чтобы настичь соперника на противоположном берегу. Пока граф добежал до парома, пока растолкал прикорнувших в тени лодочников — прошло много времени. А когда паром, наконец, добрался до середины реки, Ингмар увидел, как преследуемые, вскочив на ожидавших их лошадей, помчались в направлении замка барона де Брасси. В качестве боевого трофея Ингмару досталась только небольшая лодка, да четыре весла. Это никак не успокоило ревнивца и, вернувшись в замок, он поспешно направился в девичью спальню Клариссы, где она постоянно находилась в последнее время.
— «Обманщица, конечно, сделает вид, что и не выходила из комнаты»! — он сдерживался изо всех сил.
