Лука закатил глаза, но сел молча, в ожидании уставившись на меня. Смотрит внимательно, словно видит впервые.
Ну и пусть смотрит.
Спустя полчаса в воздухе витал аромат жареных блинов с черникой, а от кружек с вкуснейшим ягодным взваров исходил пар. Тит и Лука молча уминали мои блины, а я, уставшая ночным приключением и событиями в целом, клевала носом над своей кружкой и смогла съесть всего два блина.
Уголёк сидел возле моих ног, периодически вскидывая свою ушастую голову, чтобы оценить обстановку. Но всё было относительно спокойно.
Лука ел молча, даже немного мрачно, отчего казалось, что вот-вот, он дожует очередную порцию, и пойдет вершить правосудие. Тит тоже ел молча, но, то ли от усталости, то ли от того, что его тело с непривычки, накаченное темными силами, было усталым, выглядел измученным и сонным.
– Мяв, – сказал Уголёк, незаметно показывая лапой на комнату с кроватью, где я спала прошлой ночью. Видимо, он намекал мне, что пора бы и отдохнуть.
Я кивнула, и перевела взгляд на Луку. Несмотря на то, что разделило нас с ним, он притягивал меня, как и всегда. Меня тянуло к нему с какой-то особенной силой, которой я не могла сопротивляться, и отчасти, мне даже хотелось прильнуть к нему, касаясь ладонями его плеч и рук, ощутить эту уверенность, спокойствие, которые исходили от него, и я забывала обо всем в его объятиях.
Я потрясла головой, отмахиваясь от наваждения. И никакой мары не нужно, чтобы попасть под влияние силы Луки.
– Мне кажется, – медленно, словно раздумывая, говорить или нет, произнес мой бывший муж, – тебе нужно отдохнуть, Гли.
– Нет-нет, всё хорошо, – я махнула рукой. Мне бы сейчас бодрящего отвара.
– Я же вижу, что ты еле сидишь. Давай я тебя уложу, – он ухмыльнулся. – В смысле, помогу тебе лечь, – щеки его вдруг порозовели. – В общем, пойдем, провожу тебя до кровати, Гли.
Лука встал, всё ещё продолжая улыбаться своим мыслям, подошел ко мне и взял меня под локоток.
Я послушалась, поднимаясь. И осознала, что за столом продолжает сидеть Тит, грустно и как-то обреченно глядя на нас с Лукой.
– Подожди, Лука, – не отстраняясь, я остановилась. – Титу тоже нужно отдохнуть. Пока он не привыкнет к новым силам, пройдет пару декад. Пусть он спит здесь, а я посплю здесь, на лавке или пойду в харчевню. Там наверняка есть свободная комнатка для меня.
– Нет, Гли, – Тит резко поднялся, задержав взгляд на моем локте в руке Луки. – Это я пойду в харчевню, я как раз там снял комнату вчера.
– Но Тит, – перебила его я. – Ты не знаешь, как управляться с новыми силами!
Лука нахмурился.
– О каких силах ты всё говоришь, Гли?
Я повернула к нему свое лицо, рассматривая такие любимые и одновременно ненавистные черты.
– Из-за тяжести раны, которая практически убила Тита, мне пришлось влить в него слишком много моих сил. Они нарушили баланс светлых сил, и теперь, можно сказать, Тит стал обладателем темных сил. Ну, – замялась я. – Если они приживутся.
– Ты это о чём? – переспросил Тит, слушая меня очень внимательно.
– Иногда тёмные силы убивают носителя, если он недостаточно силён. Я не знаю, насколько ты сильный чародей, чтобы мог выдержать новые силы.
– Подожди, Гли. Подожди, – Лука повернул меня к себе лицом, и спросил, глядя мне прямо в глаза. – Что за рана?
– Тит сказал, что вы подрались вечером. Ты был пьян, увидел его и почти убил, разорвав Титу грудь, как и в прошлый раз.
Тит закрыл глаза рукой, предвидя бурю, разгоравшуюся в глазах Луки.
– Я разорвал Титу грудь? – медленно и очень тихо проговорил Лука, и отбросив свои огненные волосы, которые волной закрыли его лицо. – Я?
И он перевел взгляд на Тита.
Тит кивнул, открыто смотря на Луку.
– Это снова случилось? – снова медленно и очень тихо проговорил он. – Неужели всё то, что произошло между мной и Гли сломало мои барьеры?
Тит снова кивнул.
– Ты же знаешь, что это значит, Тит, – Лука вдруг улыбнулся, а Тит побледнел.
– Нет, Лука, нет, я против, – ответил он, выставляя руки вперед в защитном жесте. – Нет, только не это!
Лука улыбался широко и спокойно, словно что-то, мне пока неизвестное, было прекрасной и радостной новостью.
И тут я решила, что с меня на сегодня хватит. Я развернулась и отправилась в комнату, где стояла моя новая кровать, подхватив на ходу кота.
– Дверь захлопните, пожалуйста, – не оборачиваясь, я зашла в комнату и закрыла дверь у себя за спиной.
Сумасшедший день.
И едва моя голова коснулась подушки, как я провалилась в глубокий сон.
***
– Ты же не серьёзно, Лука, – Тит снова заговорил, когда мы уже миновали полесок и недалеко виднелись крыши Стагили.
– Очень даже серьёзно. Ты всегда знал, что моя частично божественная кровь не выдержит этого. Да что там говорить! Все знали, даже наш отец, хотя от старался всячески не замечать мои вспышки гнева. То существо, в которое я превращаюсь, когда перестаю себя контролировать, может уничтожить любого, кто будет стоять у него на пути, – я посмотрел на брата и усмехнулся. – Да ладно, Тит!
– Я не хочу быть императором, Лука, – он шел рядом, не сбивая дыхания. – Это закроет мне путь для всего, что мне так дорого.
Я его понимал.
