Я засмеялась, запрокинув голову.
Учитывая мою склонность находить приключения и опасности на свою голову даже в таком безопасном месте, как мой родной лес, его слова звучали невероятно смешно.
– Я тебя тоже не боюсь, эльф, – я подошла поближе, чтобы рассмотреть его. В темноте я видела неплохо, а перейдя на сумеречное видение, я разглядела, что эльф ранен в правый бок, и уже достаточно давно, около трех суток, скорее всего. – Я могу тебе помочь.
Я протянула руку к мужчине, но он испуганно дёрнулся.
– Не бойся, эльф. Я хочу помочь. Я могу залечить твою рану, это будет достаточно быстро.
Я показала ему свои пустые ладони, откинув плащ за спину. Рыжий эльф смотрел внимательно и настороженно, ожидая нападения.
Я медленно опустила ладони ему на живот, осторожно поднимая за края его лёгкий доспех. Таки доспехи делали только эльфы. Они выращивали эти доспехи каким-то специальным образом из определённых сортов дерева, пропитывая их во время роста соком ядовитого растения моаг, которое как раз и росло на границе Валеды и Сидхе.
Доспех был пробит, и очень похоже, что это было либо копьё, либо арбалетный болт.
– Это она меня магией, – сдержанно проговорил эльф, очевидно, заметив мой задумчивый взгляд.
– Магией? – переспросила я. Эльф не сопротивлялся, и помог мне стянуть с него доспех. Разорвав рубашку, которая начала присыхать к коже, я осмотрела рану, перейдя снова на сумеречное видение. – Ты можешь идти?
Он кивнул, и попытался встать. С большим трудом, опираясь о ствол дерева, он поднялся, побледнев ещё больше. В лунном свете его белая кожа выглядела прозрачной и потусторонней, но на то я и тёмная ведьма, чтобы храбро и с интересом смотреть в лицо всем странностям и опасностям.
Удивительно, но Заря молчал, видимо, наблюдая с интересом за происходящим.
– Я могу портал, – выдохнул эльф. Он взмахнул рукой, воздух слегка заискрился, и мужчина спросил: – Куда? Покажи мне, – и он подставил мне свою голову, на которую я недоумённо посмотрела.
– Приложи к моим вискам ладони и подумай, – слова давались ему с трудом. Я сделала так, как он говорил, и спустя мгновение мы шагали в портал, который возник по мановению руки эльфа.
На пороге моего дома я едва его не уронила. Мужчина пошатнулся, кровь вновь начала сочиться, но я его удержала и почти на себе внесла в дом и повалила на пол, стараясь, чтобы он не упал на раненый бок.
– Ещё один раненый на наши тёмные головы, – прокомментировал ситуацию Уголёк, который в ожидании меня спал на сундуке у входа. – Это кто такой?
Эльф приоткрыл глаза, чтобы посмотреть на моего кота и ответить ему:
– Меня зовут Анарендил, – кот удивился и пошевелил усами.
– Меня зовут Уголёк, – ответил он эльфу. – А ведьмочку мою Гликерия.
Эльф прикрыл глаза.
Я зажгла больше свечей, расставив их вокруг, чтобы было видно рану. Обработав рану, я остановила кровь одним из своих зельев, и прямо на полу, разложив гримуар возле эльфа, начала искать заклятье.
– Ты тёмная, – высказался мой разговорчивый гость.
– Очевидно, – ответила я, найдя заклятье. – Тебе придётся потерпеть, будет немного больно, зато потом станет совсем хорошо, и я быстренько всё залечу. Справишься?
Уголёк фыркнул, и изогнув спину, спрыгнул на ступеньки, отвернувшись.
– Справлюсь, – ответил мужчина. А я начала читать заклятье, подсматривая в гримуар, и вливая силы в рану, которая понемногу начинала затягиваться, а потом и вовсе зарастать.
Так ты скоро станешь заправским лекарем, Гли!
В лечении ран самым болезненным была финальная стадия – когда края раны сходились, образуя плотный рубец. Эльф вытерпел и это, не дёрнувшись.
– Молодец, – похвалила я его. – Выпей теперь, – я протянула ему пузырёк с восстанавливающим зельем, которое готовилось раз в месяц на убывающей луне и почти декаду, но оно того стоило. Мужчина послушно выпил, и его кожа заметно приобретала естественную эльфийскую бледность.
Я устало откинулась на спину, опираясь о ножку стола.
Вот сейчас наступил именно момент отката – сил оставалось немного, как раз, чтобы долечить эльфа, и меня накрыла темнота.
***
Я пришла в себя от лёгких поглаживаний по лицу. Я попыталась разлепить тяжелые веки, и в моменты, когда мне удавалось их открыть, я ловила мутный образ рыжеволосого мужчины. Успокоенная, я закрывала веки снова и проваливалась в безвременье.
Не знаю, сколько времени я провела за этим занятием – то блуждая по теням во сне, то ловя смутные образы реальности – но в один момент разум пришел в себя, и я смогла сесть и рассмотреть, что же всё-таки происходит.
Рядом со мной сидел рыжеволосый эльф: длинные, слегка волнистые волосы, струились по плечам, спадая на спину, отчего казалось, что эти самые волосы невероятной длины. Бледная кожа слега подсвечивалась каким-то таинственным внутренним сиянием, и изумрудно-зелёные глаза смотрели на меня очень внимательно и неожиданно нежно.
– Ну вот, – тихо проговорил он своим бархатистым голосом, что я даже заслушалась. – Теперь тебе должно стать лучше.
Он обвел меня всю взглядом, улыбаясь.
