– Так надо, Вадик, – пытаясь повторить интонации Хованского, произнес Илья.
Зубарев обреченно вздохнул.
– Вам все время какую-нибудь фигню надо. Ладно, сделаю, можешь быть спокоен. Еще что пожелаете, господин подполковник?
– Еще? – Илья с грохотом захлопнул последнюю выдвижную полку стоящей под столом тумбы. – Покажи мне, где тело лежало?
– Ты что, фоточки вообще не просматривал? – укоризненно осведомился майор. – Или тебе надо было, как в старые времена, мелом на ковре обвести?
– Показывай, – более настойчиво попросил Лунин, подойдя к бильярдному столу и разглядывая лежащие на его поверхности шары.
– Тогда отойди в сторону, ты покойнику уже всю спину истоптал.
Илья шагнул назад, и Зубарев ткнул пальцем ему под ноги.
– Вот тут наш бильярдист и лежал. Лицом вниз, ногами к письменному столу, вот к этой стороне, откуда ты вышел.
– Интересно, – пробормотал Лунин, медленно опускаясь на одно колено. Некоторое время он разглядывал засохшее темное пятно, хорошо заметное на светло-зеленом, с золотистыми лилиями, ковровом покрытии, затем, хрустнув коленом, так же медленно поднялся.
– И вот оно, озарение! Внимание, сейчас сыщик назовет нам имя жертвы, – ехидно прокомментировал Вадим. – Ах да, имя жертвы мы и так знаем. Ну так скажи нам что-нибудь новое, о, великий!
– Балабол, – беззлобно отозвался Илья.
– О, великий балабол, – подхватил Зубарев, – мы ждем твоего откровения.
– Орудие убийства где было? – Илья никак не мог вспомнить название фильма, в котором одному из персонажей, здоровенному негру, затыкали рот кляпом, весьма напоминавшем по форме бильярдный шар.
– Орудие убийства, Лунин, мы не нашли, уж это можно было запомнить. – Оперативник ткнул приятеля кулаком под ребра. – Тебя что, совсем в сон клонит?
– Я спрашиваю, где он до этого был? До убийства.
– Кто? – не понял Зубарев.
– Факел этот, который глобус, – нетерпеливо объяснил Илья.
– Так вот же полочка, – Вадим махнул рукой, указывая на массивный стеллаж, сплошь заставленный различными наградными знаками, дипломами и грамотами в остекленных рамочках, – заслуженный человек был. У меня, кстати, тоже кубок имеется.
– Это за что же? – равнодушно спросил Илья, внимательно рассматривая стеллаж с наградами.
– Так я три года назад по области второе место взял на соревнованиях по стрельбе. Совсем малость до первого не дотянул, а там, между прочим, даже снайперы из спецназа участвовали, – погрузился в воспоминания Зубарев. – Меня потом на округ посылали, но там я малость облажался. Представляешь, встретил старого приятеля, мы с ним в одном отделе начинали, он потом в Красноярск перевелся. Ну вот, посидели малость, накатили.
– Тоже малость, – пробормотал Илья.
– Именно, – согласился Зубарев. – Я так думаю, водка палёнка оказалась. На следующий день прицеливаюсь и не могу понять, в какую мишень стрелять, в правую или в левую, – все двоится!
– Так надо было один глаз зажмурить. – Закончив разглядывать заставленные наградами полки, Илья вновь вернулся к письменному столу.
– Так это уже после того, как я зажмурил, – объяснил Вадим, – до этого я вообще все четыре видел.
– Я фотографии смотрел, там вот этот орел на полу валялся. – Вновь повернувшись к стеллажу, Илья ткнул пальцем в массивную фигуру раскинувшей крылья птицы.
– Так ты все же смотрел фоточки! – возмутился Вадим. – А чего тогда вид делаешь, будто ничего не знаешь? Валялся этот орел, вот здесь валялся, между стеллажом и бильярдом. Только он к убийству никакого отношения не имеет. Следов крови, ну или там волос, Фильченко на нем нет, на отпечатки его тоже уже проверили. Если его кто и держал в руках, то только наш покойничек.
– А как он на полу тогда оказался?
– Ну так орел же, взял и слетел, – рассмеялся было оперативник, но увидел, что Илья не разделяет его веселого настроения. – Я так думаю, есть два варианта. Либо Фильченко при падении махнул рукой и сшиб птичку с полки, либо, тоже хороший вариант, он сам стоял у полки, протирал пыль со своих трофеев. Тут к нему подходит наш душегуб, Фильченко только кладет тряпочку, вот видишь, тут тряпочка лежит на полке, и хочет узнать, в чем дело, как получает глобусом по голове, и все, финита. Какой вариант тебе больше нравится?
– Оба хороши. – Встав возле бильярдного стола, Илья развел руки в сторону и чуть не сшиб с полки еще один наградной кубок.
– Ну вот видишь, – обрадовался Вадим, – Фильченко, конечно, малость пониже тебя был, но тоже жердь под сто девяносто, так что ручками мог задеть запросто.
– Может быть. – Лунин задумчиво потер подбородок. – Ты, случайно, не знаешь, как этот орел опять на полке оказался? Только не говори, что сам взлетел.
– Не скажу, – усмехнулся оперативник. – Я его возвратил в родное гнездо. Криминалист, когда с ним закончил, поставил его на сукно. А я ведь, сам знаешь, малость поигрываю, ни один бильярдист терпеть не может, чтобы на бильярдный стол что-то ставили. Ну я и убрал на место. А что, что-то не так?
– Ты в перчатках был? – уточнил в ответ Лунин. – Впрочем, не важно, твои пальцы все равно в базе есть.
– Какие перчатки, – нахмурился Зубарев, – мне-то они к чему?
