На что последняя стеснительно улыбнулась, но ничего так и не сказала. А вот Рейка налетела на Норико с расспросами, которые я слышал, но не слушал. Обычный девчачий щебет. Следом за ней к нам подошла Эрна, которая, поздоровавшись с нами, сразу же переместилась под руку Казуки и уже с ним о чем-то шептаться стала. И, судя по выражению его лица, – тоже ничего важного. Из второй машины вышла Атарашики и неспешно направилась в нашу сторону. Фудзикава все еще стояла у первой машины, разве что обошла ее, чтобы оказаться чуть ближе к нам.
– Здравствуй, бабулька, – обнял я Атарашики. – Как оно?
– Неплохо съездили, – ответила она с полуулыбкой. – Вспомнила молодость. Но без мужчины, конечно, не так весело.
– Так вы это специально делаете, да? – изобразил я укор.
– Временами, – улыбнулась она чуть шире. – Рада тебя видеть, Синдзи. Не стоило нас встречать.
– Да брось, – хмыкнул я. – Делать все равно нечего.
– Прям совсем нечего? – приподняла она бровь.
– Сегодня – да, – ответил я и, чуть понизив голос, хотя это и не обязательно было, спросил: – Привезла?
– Мог бы и пораньше позвонить, – ответила она со вздохом. – Мы уже по пути в аэропорт были, между прочим. Хорошо, недалеко от дома отъехали.
– Извини, до меня не сразу дошло, что нам нужно, – пожал я плечами.
– Да и ладно, – качнула она головой. – Пойдем уже.
А вот дальше произошло интересное. Стоило нам пройти полдороги до входа в дом, за спиной раздался голос:
– Госпожа!
Обернувшись, а обернулись мы все, я увидел стоящую у ворот инугами, которая мялась, но не шла вперед.
– Хотела тебе о ней в другой обстановке рассказать, – заметила Норико, после чего повысила голос: – Не стой там, иди сюда!
– Не могу, госпожа! – ответила Фудзикава.
Норико явно удивилась. Я в первое мгновенье тоже, но потом вспомнил про подарок ёкаев.
– Я разрешаю тебе войти! – произнес я, повысив голос.
После чего Фудзикава сделала осторожный шаг, зайдя на территорию особняка.
– Работает, значит, подарок, – произнесла Атарашики. – Это хорошо.
– Я заключила с ней контракт, – зашептала мне на ухо Норико. – Теперь она моя личная служанка. Прикинь, Синдзи, я единственный в Японии человек, у которого есть служанка-ёкай!
Хоть она и говорила шепотом, но восторг в голосе скрыть было невозможно.
– Нормальный контракт? – спросил я тихо.
– Ритуал… Ну ты понял какой, – ответила она.
Она уболтала Фудзикаву заключить с ней магический контракт? Сильна девка.
– Теперь ты самая уникальная жена в мире, – улыбнулся я, поцеловав светящуюся от эмоций Норико.
– Как минимум в Японии, – ответила она гордо.
Надо будет потом поговорить с инугами, уточнить пару моментов.
Так как время было позднее, с Атарашики мы нормально поговорить не смогли. Все-таки женщинам нужно было помимо естественных мелочей типа ванны и перекуса много чем мне похвастаться. Атарашики в этом участия не принимала, но и я не мог прогнать девчонок, которые рассказывали о разных чудесах Токусимы и сколько чего они купили. Не только мне на самом деле. Казуки тоже страдал, а вот Рейка с Рахой были очень даже внимательными слушательницами. Дело происходило в главной гостиной, и помимо нас там присутствовала Фудзикава, стоящая по стойке «смирно» у одного из книжных шкафов.
Разошлись все только после того, как я указал на время и что Рейке пора бы уже идти спать. Попытку разжалобить меня пресек на корню – такому нельзя давать время войти в полную силу, иначе есть немалый шанс проиграть. Так что, указав на дверь, велел ей идти готовиться ко сну. После этого наша компания долго не просидела и разошлась по своим делам.
– Фудзикава-сан, задержитесь, пожалуйста, – остановил я инугами, когда та последовала за госпожой на выход из гостиной.
Норико тоже остановилась, обернувшись в мою сторону. Ничего говорить не стала, просто шагнула в сторону, пропуская мимо себя Раху. Прогонять я ее не стал – разговор у меня к инугами не секретный, так пусть услышит и ее госпожа. Которая, кстати, так и осталась стоять у двери.
– Аматэру-сан? – подала голос Фудзикава, подойдя ко мне.
– У меня к тебе пара вопросов, – сообщил я, задирая голову, чтобы видеть ее лицо – я-то сидел в кресле, в отличие от нее. – Присядь.
Сев на краешек кресла, стоящего напротив меня, Фудзикава спросила:
– О чем вы хотели спросить, Аматэру-сан?
– Во-первых – кому ты служишь? – чуть наклонил я голову вбок.
– Аматэру Норико и только ей, – ответила она незамедлительно.
Не врет.
– Как долго ты будешь служить ей?
– До конца, – ответила она, но через полсекунды пояснила: – Пока один из нас не умрет. У инугами не очень продолжительная жизнь, Аматэру-сан, так что состаримся и умрем мы примерно в одно и то же время.
– Стоп, так вы ровесницы? – удивился я.
Мне почему-то казалось, что Фудзикаве лет… много.
– Нет, Аматэру-сан, – взлетели в удивлении ее брови. – Просто я уже полжизни прожила. Мне сто два года, а инугами лет двести в среднем и живут.
Думаю, Норико все-таки раньше от старости умрет, но тут неизвестно – в Японии вообще полно долгожителей.
