Флавий увез меня из особняка на моей же машине. Я порывался сесть за руль, но упертый либрарий бубнил, что у него приказ генерала доставить капитана Назо целым и невредимым до квартиры под крышей главного медицинского центра. Возражать я не стал. И без этого ощущение полного поражения песком хрустело на зубах. Не знаю, о чем говорили генералы, но Наилий взъярился еще сильнее, чем в тот момент, когда громил спальню. Весь терапевтический эффект от пьянки снесло ураганом. Уезжал и боялся, что после того, как буря утихнет, взамен друга я получу пустого механоида с Инструкцией вместо сердца.
Флавий паркуется у главного входа и, спешно попрощавшись, бежит к штабу. Последняя машина обратно в особняк генерала должна вот-вот уехать. Если либрарий опоздает, то останется ночевать в штабе. Смотрю ему вслед и впервые жалею, что съехал со второго этажа особняка. Вспыльчивый и категоричный Марк Сципион Мор не лучший утешитель для Наилия, балансирующего на грани срыва.
Лифт уносит меня в небо, но останавливается на полпути, выпуская на обзорную площадку под крышей. Город за окнами горит огням уличных фонарей и вывесок баров чуть ярче, чем звезды в открытом космосе, а я иду по тонкой нитке запаха свежей выпечки. Мой пророк не знает когда наступит конец мира, не предсказывает землетрясений и наводнений, зато всегда появляется на пороге раньше, чем я дотрагиваюсь до пластины электронного замка.
- Публий!
Ловлю, когда бросается в объятия и несу в квартиру. Диана болтает в воздухе ногами, щекочет мне шею кудрями и радостно щебечет.
- Ты вовремя, у меня такие пирожные получились с кремом, аж самой понравилось. Впервые заварное тесто так хорошо поднялось. Умывайся, переодевайся и на кухню.
Выпускаю из рук, провожаю взглядом, и с горечью от чужой утраты приходит свой страх. Диана тоже мудрец. Реализованная двойка, как они говорят. А что если ей позвонит Создатель и расскажет, что Великую Идею без пророка никак не найти? Улетит тогда моё светило вслед за Мотыльком в четвертый сектор? Все время, пока мою руки и переодеваюсь в домашнее, думаю об этом. Не отдам! Дома запру или в стационаре. Если не поможет, брошу все и на север, в отдаленные поселения, где связи нет с внешним миром целыми циклами. Врачи везде нужны, не пропадем, вместе будем. Не хочу, как Наилий пить Шуи и крушить все вокруг себя. Было со мной уже так. Больше не хочу.
- Милый? - Диана осторожно трогает за руку. Смотрю на пирожное, раздавленное в кулаке, и тянусь за салфеткой.
- Когда уже найдут вашу Великую Идею и успокоятся? - спрашиваю невпопад.
Мудрец мрачнеет и складывает руки на груди.
- Лучше бы её никогда не нашли. Идея нужна, чтобы построить новый мир на обломках предыдущего. Создатель верит, что она возникнет в момент наивысшего напряжения, когда грянет планетарная война, больше половины населения погибнет, а оставшихся объединит и поведет за собой новый лидер. Создаст учение или религию и на много тысяч циклов установит новый порядок.
Звучит, как бред сумасшедшего и, по сути, им и является. Я не верю в диагноз Дианы, но в болезни Создателя не сомневаюсь. Таких как он нельзя выпускать из психиатрического стационара и запретить общаться со всеми, кроме медицинского персонала. Его слова как заразная болезнь, от которой нет лекарства.
- И ты в это веришь? - зло спрашиваю любимую женщину.
Диана вздрагивает и поднимает на меня глаза. Золотыми искрами в них отражаются блики от ламп освещения, а мне кажется, бушует пламя. То самое, что выманило Мотылька из дома Наилия. Теряю выдержку, сам близок к срыву, ремней нет, привязывать не буду, а в спальне закрою. Жду ответ, покрываясь холодным потом.
- Нет, - качает головой Диана, - пока не прочитаю стихи с предсказанием, ни во что не поверю. У Создателя жизнь не удалась, он мечтает начать заново, а мне есть, что терять. Пусть ищет свою Идею, если ему так хочется, но только без меня.
Оседаю на спинку стула и опускаю плечи. Тьер, так и до паранойи недалеко. Сам скоро буду как мудрец с навязчивыми идеями и необъяснимыми страхами.
- Публий, ты сам не свой, - вздыхает Диана и гладит меня по руке, - что-то случилось? Из-за чего вы напились с Его Превосходством? Можешь про него не рассказывать, но там рядом Мотылек и мне за неё тревожно.
Отпустившее было напряжение снова возвращается. Крепко сжимаю пальцы Дианы и спрашиваю.
- Это женская интуиция или ты что-то предсказала? Дэлия все бросила и сбежала в четвертый сектор к Создателю. Сказала, что здесь ей никогда не стать тройкой.
- Бездна, - шепчет Диана и закрывает глаза, - это ужасно. Несуществующие боги, как такое могло произойти? Бедная девочка.
Меня передергивает. Женщина всегда поймет другую женщину и примет её сторону, чтобы она не натворила.
- Эта бедная девочка разболтала врагу своего бывшего любовника военную тайну, - цежу сквозь зубы, едва сдерживая ярость.
- Её обманули, она запуталась, - причитает Диана, забрав у меня руку и вскочив со стула, - Мотылек не тройка! Я записала предсказание, это не она!
Ин дэв ма тоссант, вот это новость! Поднимаюсь следом, пытаясь успокоить взволнованную Диану.
- Что там сказано? Прочитай.
- Не могу, - стонет мудрец и прикусывает согнутый указательный палец, - я порвала бумагу. Мудрец-тройка появится, когда исчезнет Мотылек, понимаешь? Она умрет, её не станет!
- Тише, тише, - обнимаю за плечи и пытаюсь усадить обратно, - исчезнет - не обязательно умрет...
- А как? - взвивается Диана. - Растворится в Небытие? Притворится кем-то другим?
Всегда болезненно относилась к дурным предсказаниям и больше всего боялась, что когда-нибудь напишет ненавистное слово смерть рядом с именем близкого ей цзы'дарийца. Хочу сказать, что мы все когда-нибудь умрем, но язык не поворачивается. Вижу, как бледнеет моя женщина, и молча глажу её по голове.
- Я еще вчера его написала, - всхлипывает мудрец, - надеялась, что история с тройкой затянется, и Мотылек спокойно проживет жизнь. В предсказании не сказано когда, это может быть и через сто циклов. А теперь она уехала и как? Любовь предала, себя сломала и все впустую. Исчезнет. Публий, это ужасно!
Еще три дня назад предсказание стало бы подарком. Наилий вздохнул бы с облегчением и Дэлия успокоилась, а что будет теперь, когда она в четвертом секторе? Агриппа не умеет достойно проигрывать, узнав, что объявленная на всю планету тройка фальшивая, свою злость он выместит на Мотыльке. И сбудется предсказание Дианы. Сомневаюсь, что потом хотя бы труп отыщут.
- Что нам делать, Публий? - шепчет Диана и тянет меня за рукав. Цепляется, как за последнюю надежду. Верит, что я способен решить любую проблему.
- До Мотылька не дозвонится, - отвечаю и будто слышу свой голос со стороны. Чужой, холодный и бесстрастный, - планшета с гарнитурой у неё никогда не было, да и спрятал Дэлию генерал четвертой армии основательно. Если заманил к себе, то обратно не выпустит. Наилий сейчас к Мотыльку ничего кроме ненависти не чувствует. Не поедет за ней даже из-за пророчества о смерти, а один я её не вытащу. Документов у неё нет, первый же патруль остановит мою машину и заберет Дэлию до выяснения личности.
- Какой ужас, какой ужас, - беспомощно шепчет Диана, - ну, зачем она туда поехала?
- Не знаю, - морщусь в ответ я, - за идеей за вашей, за другими мудрецами. Что могло взбрести ей в голову?
Как не стараюсь убедить себя, что не моё это дело, а не получается. Наилий не чужой мне, но рассказывать ему о предсказании смерти Дэлии я не стану. Психику генерала жалко. Пусть успокоится хоть немного. Надеюсь, Марк не станет его специально накручивать. Иначе доставать Наилия из дурмана со вкусом Шуи придется только специальной сывороткой.
