— У твоей измученной души есть полтора часа, — успокоил Гоша.
— Как раз успеешь добежать до канадской границы, — поддакнула Нюша.
Майор Ющенко была человеком больших страстей. Только никогда и никому этого не показывала. Страсти клубились исключительно внутри Валерии Георгиевны, но никак не снаружи.
Да и как оно могло быть иначе, если вся жизнь Валерии Ющенко была связана исключительно с доблестными органами? Она попала туда не как многие, после университета или технического вуза, по специальному, что называется, приглашению. Нет, она сразу со школьной скамьи перешла в аудитории Высшей школы ФСБ на Мичуринском проспекте. Золотая медаль, чуть ли не наизусть выученная книга «Щит и меч», и, главное, папа–генерал — эти три фактора позволили ей с первого захода поступить в высшее учебное заведение, куда открыт путь далеко не всякому гражданину необъятной нашей родины.
После окончания Валерия Ющенко служила в аналитическом отделе и занималась организацией разного рода политических и околополитических спецакций. Когда же был создан ОБО, она естественным образом перешла в это новое подразделение. Заодно начала преподавать и в своей альма–матер на Мичуринском — вела семинары и практические занятия по организации и проведению спецопераций на сопредельных территориях. Параллельно осуществляла подобные же операции и в самой практической плоскости.
«Железная Лера», как называли её коллеги, была женщиной видной и даже красивой. Некоторую излишнюю мужественность её облика — она была как две капли воды похожа на папу–генерала, только без усов — скрашивала роскошная коса, которую она закручивала вокруг головы наподобие короны. Такую причёску носила и её покойная ныне мама, и бабушка, которую Валерия знала лишь по фотографиям. Второй «партийной» кличкой Железной Леры было романтичное прозвище с чернушным оттенком — Девушка с Косой.
Далеко не каждый мужчина решился бы за нею приударить. Хотя она и работала в сугубо мужском коллективе, смельчаков среди коллег как–то не сыскалось. И замуж она вышла за доцента с мехмата МГУ. Как случился такой мезальянс, никто ответить бы не решился, но факт оставался фактом. В подтверждение чего у Леры родилась дочь.
Едва она — спустя всего полтора месяца после рождения ребёнка — вновь появилась на службе, ей и дали новое назначение с присвоением очередного воинского звания. Свой супружеский долг она к этому моменту уже целиком и полностью выполнила. Так что могла все силы отдавать исключительно на благо родного государства.
Встречи с надёжными агентами она обычно назначала неподалёку от главного Лубянского здания — дабы не терять лишнего времени на бессмысленные передвижения по городу. Вот и сегодня, выйдя из девятого подъезда, она уже через семь с половиной минут входила в прокуренную кофейню на Большой Лубянке.
Её человечек по кличке «Стрингер» уже ждал за крайним столиком у окна.
Заказав себе двойной эспрессо, майор Ющенко тут же приступила к делу:
— Слушай внимательно, Юра. Что такое Рушская коса представляешь?
Стрингер невольно посмотрел на косу–корону майора, но ответил грамотно:
— Это в Керченском проливе, ежели не ошибаюсь. Полуискусственное образование. Спорная территория. На неё претендует Украина…
— Молодец, хорошо урок знаешь. Вот нам на этой почве, что в прямом, что в переносном смысле, и нужен сейчас маленький молниеносный конфликт с соседями, понимаешь? — строго поинтересовалась майор у волосатого Стрингера.
— Да её ж в любой момент смоет. Чего там делить–то? — удивился он.
— Вот и замечательно, что делить нечего. Возьмёшь два десятка новороссийских казаков, захватите косу и водрузите там российский флаг. Взамен ихнего, жовто–блокитного. Покуролесите немного. Делаешь об этом забойный репортаж. Показываешь мне. Даём комментарий покруче, поконфликтнее. Потом передаём… через мои каналы.
— А на Си — Эн-Эн можно? Они лучше всех… платят?
Майор одарила Стрингера таким взором, что тот не стал продолжать свою мысль и мгновенно согласился с первоначально обозначенными условиями.
— В Симферополь летишь сегодня же. Завтра акция должна быть организована и проведена. Оплата по обычной таксе… Хорошо, — согласилась майор на невысказанное явно недоумение Стрингера, — по полуторной ставке. Аванс — прямо сейчас.
Ющенко вынула из своей сумочки конверт и протянула его собеседнику. Конверт быстренько скрылся в одном из многочисленных карманов стрингеровской журналистской жилетки.
— Готовый репортаж должен быть у меня не позже послезавтра, иначе — штрафные санкции, — предупредила Ющенко. — Сам сюжет должен появиться в вечерних новостях, — словечко «должен» было из любимых у майора. — Давай, с богом. Пока косу не смыло! — и она царственным жестом поправила свою «корону».
— Ну вот, опять на ночь глядя наелся, — вздохнул Лёвка, закуривая сигарету.
— Тебя никто не заставлял, — Нюша села на нижнюю ступеньку крыльца рядом с Гошей.
