На снимках — Инесса голову была готова дать на отсечение — был Слава Качалов. Наставник, учитель. Мужчина, которого она когда–то любила. И которого теперь ненавидела больше всех на свете.
Конечно, она своё взяла. Но какой ценой! Качалов был единственным человеком, которому она верила. А он её элементарно и подло кинул. И чего ради? Ведь могли бы жить как люди. С деньгами, вместе, счастливые и независимые.
Инесса, ещё раз глянув на мелькающие фото, вспомнила сакраментальную мудрость: что–де от ненависти до любви — один шаг. Может оно и так. Только в обратном порядке. В этом она убедилась уже на личном опыте. И ненависть её нисколько не потускнела. Ну а теперь и вовсе расцвела и похорошела. Как юная женщина, беременная местью!
На всякий случай Инесса всё же решила перестраховаться. И отослала в Москву по электронной почте номер машины «Качалова» и его почтовый адрес. Это здесь, в Швейцарии так блюдут неприкосновенность личности, что простое любопытство могут воспринять не совсем адекватно. А в Москве те ребята, чьими услугами она пользовалась для раскодирования качаловских файлов, всё проверят на раз. Для них влезть в любую базу данных — сущий пустяк.
Уже на следующий день она получила ответ. И «мерседес», и дом были зарегистрированы на имя господина «В. Б. Качалов». Надо же, живёт тут под собственным именем и в ус не дует.
А с другой стороны, чего ж ему бояться? Разве что её — Инессиной — мести.
Расшифровав истинное лицо невидимки, Инесса перешла на режим полнейшей конспирации — благо учителя у неё были неплохие. Во всех смыслах. И начала готовить свою сладкую месть.
Она знала, чем зацепить и заставить действовать швейцарские правоохранительные органы. Недаром она так давно и плотно работала с детьми.
Пришлось испытать немало стрёмных минут, пока она доставала «товар». Тем более, что ей каждого вида нужно было по десятку. Но в конце концов нашлись добрые люди из своих же русских. Денег она заплатила, конечно, много больше, чем эта дрянь того стоила. Но ведь не в деньгах же счастье, честное слово!
Теперь оставалось лишь поместить «товар» в нужное место. В этом была некоторая загвоздка. Всё ж таки специфических навыков ей не доставало. И она не смогла бы «перехитрить» охранную систему качаловского дома. А действовать надо было наверняка.
Единственный путь был — провернуть операцию, когда Качалов дома, а значит, сигнализация отключена. Не каждый же вечер любитель–звездочёт торчит в своей «обсерватории»? Ведь именно туда и только туда можно было пробраться по пожарной лесенке с противоположного фасада дома.
Всё подсказала программа передач канала «Евро–спорт». Как раз сегодня в девять тридцать вечера играли «Челси» и мадридский «Реал». Такой матч Качалов не пропустит. Всё же в футбольном фанатизме болельщиков есть и положительные моменты.
…Качалов появился в «обсерватории» около девяти. То есть, о появлении его можно было догадаться. Так как раскрылся прозрачный фонарь и показалась труба телескопа. Взгляд которого был сейчас нацелен не в небо, а куда–то в сторону Монртё, на другую сторону озера.
Ровно двадцать три минуты десятого труба телескопа замерла. А спустя еще три минуты заработал на первом этаже телевизор. Пора было действовать.
В лёгком спортивном костюме она выглядит очень даже себе ничего, — отстранёно отметила про себя Инесса, перед зеркалом перебрасывая через голову ремешок квадратной холщовой сумки. Натянув на руки тонкие резиновые перчатки, она вышла из дома через кухонную дверь, выходившую в маленький садик позади дома.
До соседской ограды было с десяток шагов. Инесса раздвинула кусты акации и без труда перебралась на чужую сторону. До лестницы было ещё шагов двенадцать.
Аккуратная металлическая лесенка даже не скрипнула. Через полторы минуты Инесса была на крыше, ограждённой по периметру невысокой оградкой. Ещё двадцать секунд она потратила, чтобы спуститься в чрево «обсерватории».
Собственно, это и была обсерватория — без кавычек. Потому как кроме телескопа, синего кресла и передвижного журнального столика тут ничего не было. И в этой конфигурации вырисовывалась неожиданная проблема. Ведь «товар» надо было куда–то спрятать.
Хорошенько оглядевшись, Инесса, наконец, обнаружила то, что ей было сейчас более всего нужно. В металлическом кольцеобразном кожухе, в «теле» которого и двигались стёкла фонаря, снизу она обнаружила несколько небольших полых ниш–выемок. Никакого функционального значения у них, похоже, не имелось. Скорее всего, они были сделаны просто для облегчения конструкции или, что вернее, в целях экономии металла. Значит, ими хозяин дома вряд ли пользуется.
Достав из сумки целлофановый пакет, она быстренько пристроила его в самую крайнюю нишу.
Уже собравшись отправится восвояси, Инесса всё же не удержалась и чуть приоткрыла дверцу на лестницу, ведущую вниз, в жилые этажи. В телевизоре, судя по заливистому голосу комментатора и характерному шуму, забили гол.
Медленно и бесшумно прикрыв дверцу, Инесса выбралась снова на крышу.
