Но сейчас я сидела в «Пирамиде» и ощущала, как двигается его ладонь по моим джинсам. Не очень приятно, надо признаться. Я решила отвлечься от этой мысли и, чтобы выпендриться, поинтересовалась:
— Может, махнем в «Шамбалу»? Потусим!
На мое замечание Кирилл спокойно достал из кошелька клубную карту и сказал:
— Давай. Для нас это будет несложно.
Людка неплохо сымитировала восхищение и готовность умереть, но отдаться счастливому обладателю клубной карты. Мда, жесткие ходы — ее конек. Она извивалась на стуле и опиралась грудью на стол, демонстрируя глубокую эротическую ложбинку. Стало ясно, что Кирилл сегодня в выигрыше. Завтра ему будет о чем рассказать своим дружбанам. Только бы эти дружбаны не учились с нами, иначе не избежать сплетен в коридорах и терки по углам и туалетам. Нет, не то чтобы мы комплексовали, но зачем кому-то думать, что мы за кем-то закреплены. Это может ограничить свободу действия в рамках нашей альма-матер.
Расплатившись, мы поймали такси и отправились в лучшее танцевальное заведение страны. На входе Кирилл гордо сунул под нос Паше клубную карту и протолкнул нас в помещение.
Страна! Я сегодня в полете! Я сегодня покажу, на что способна очумевшая от счастья девушка-студентка!
Мимо прошла лошадка Ксюша. Она пила коктейль через трубочку, громко смеялась и пренебрежительно поглядывала на всех мужчин (почему-то начиная с обуви). Леша повел меня к бару. Он опять стал нести какую-то ахинею про своих друзей, про то, как они играют рок на даче, рассказал, что умеет играть на бас-гитаре и зачем-то показал мне свои шершавые пальцы.
Я не выдерживаю. У меня болят уголки губ, которые уже устали улыбаться, и голова, которая больше не может кивать. Хоть Леша и кричит мне почти в самое ухо, я его плохо слышу. Он где-то там, вдалеке, я наблюдаю за его взглядом и по нему определяю, когда мне стоит выразить удивление, а когда усмехнуться. Впрочем, как и всегда в таких случаях. Единственное, что сегодня не входит в мои планы — это напиваться, хотя меня уже порядочно несет. Наверное, это от двухдневной голодухи, которую я себе устроила ради особой сексуальности сегодняшнего выхода. Голова идет кругом, но я все же пью, коктейль за коктейлем, чтобы хоть как-то отвлечься и отвести глаза. Мне не хочется заморачиваться и выкладываться, чтобы этот парень был моим. Во-первых, он и так мой, это видно с первого взгляда, а во-вторых, он не совсем идеал, ради которого стоит напрягаться в столь торжественный для меня день. Когда Леша рассказывал, что умеет так же рычать, как и вокалист группы «Metallica», я заметила краем глаза, что Людка и Кирилл, пританцовывая, пошли искать туалет.
Мое сознание вдруг прокрутило дежавю. Я у бара, меня угощают, как и тогда. Мне не очень хорошо. Настолько, что я даже не вижу окружающих меня людей, только слышу Лешу, который говорит без умолку и рычит, как вокалист группы «Metallica». Я нагло отхожу от своего кавалера, который, как в немом кино, раскрывает рот, пытаясь что-то сказать, подхожу к колонне, опираюсь на нее, чтобы не упасть и начинаю бешено танцевать, извиваясь и встряхивая волосами. Не думаю, что Леша когда-либо видел нечто подобное. Наверняка ему это понравилось.
Пошли все к чертям — Леша, Кирилл и тем более Людка! Я в «Шамбале»! Я зажигаю!
Наутро я проснулась в уже знакомой комнате — мастерской Людкиной мамы. Рядом с диваном я увидела стакан воды и записку:
Это что, День сурка? Что за убогое начало моей новой жизни? Одно радовало, на телефоне нет непринятых вызовов. Интересно, чем вчера закончилось общение с Лешей? Мне совершенно наплевать, что он будет думать и даже говорить обо мне, просто любопытно. Такое ощущение, будто я вчера не досмотрела фильм с любимым актером, например Бредом Питом, и очень хочется узнать, стал ли его герой счастливым.
Полежав еще немного, я отправилась на разведку. Тихонько приоткрыла дверь и увидела на полу джинсы Влада. Дверь в спальню оказалась закрыта. Бред Пит в итоге все же остался со своей Энистон.
Вечером мы, как обычно после тусы, собрались поужинать и обсудить, как все прошло. Я не выдержала и закатила Людке скандал. Пусть не зазнается и не смеет больше обманывать! Но то, что я говорила, было посвящено другому ее промаху: она не только пошла против нашей затеи с коллекционированием мужчин тем, что завела себе парня, а также нарушила еще одно важное правило и изменила ему. К слову, моя охота никогда не распространялась на периоды, когда я своим поведением могла сделать кому-то больно.
— Блин, Людка, ты хоть вчера и напилась, но веди себя прилично! Мне так жаль Влада, он столько делает для тебя, дура ты эдакая, а тебе лишь бы жопой вилять! В клубных туалетах!
Людка решила не отвечать за свой вчерашний проступок и перешла на личности:
— Знаешь что, ты мне тут совесть из себя не строй! Сколько можно тебя из клубов на горбу таскать и в очередной раз спасать твою задницу?! Будь благодарна моим родителям, что они в выходные на даче сидят! С Владом я сама разберусь! Ты поняла меня?!
