— Так, дорогая, с тобой по-нормальному, по ходу, нельзя. Какого фига ты выделываешься, а? Тебе жаль призом поделиться? Или ты уже привыкла к моему светлому цвету волос?
— Да пошла ты! — Я бросила трубку.
О чем мне теперь с ней разговаривать? Не о чем. Она выбрала свой жизненный путь по подобию Памелы Андерсен, и теперь мне все равно. Пусть трахается со всеми направо и налево, заработает себе гепатит, а потом всю свою оставшуюся жизнь посвятит бездомным животным.
Людка перезванивает. Что ей еще надо?
— Да?
— Слушай, мне не нравится твое поведение. Оно совсем не твое. Ты стала скрытной и озлобленной. В чем дело, ты заболела? Боже, неужели заразу какую-то подцепила? — В ее голосе слышится неподдельный ужас.
— Нет.
— А что случилось?
— Ничего.
— Рит, прошу, я очень волнуюсь за тебя. Опять родители достали?
— Нет, с ними как раз все пока в норме. Я даже у бабушки была.
— О! Значит, с тобой явно что-то случилось. Когда это произошло?
— Тем временем, пока ты делала липоксакцию и увеличивала грудь. Мама хоть в курсе, зачем ты с ней поехала? Ее ведь небось даже погулять не выпускали и заставили подписать еще какую-нибудь херню о неразглашении.
— Мама догадывается. Этого достаточно. Ты от темы-то не уходи. Объясни, почему на моем дне рождения ты запускаешь в меня подсвечником? Никогда не видела, как я с кем-то трахаюсь, что ли?! Не понимаю!
— Ты трахалась с Маратом! А я его люблю!
Вот оно, вылетело из меня как ядро из пушки. Пока ядро летело, оно успело опалить мою душу. И теперь стало пусто.
— Значит, влюбилась. И давно?
— Давно. Просто сама не допускала этой мысли.
На том конце воцарилось молчание. Людка сидела у себя дома в кресле и кусала ногти, что означало, что она серьезно задумалась.
— Люд, вы меня очень ранили.
— Да ладно тебе. Я же не со зла это сделала, я же не знала. И ваще, Марат для меня ничего не значит. Просто еще один симпатичный объект в моей коллекции.
— Значит, говоришь, ничего не значит... — с сомнением протянула я.
В тот день я принимала антидепрессанты, пила ирландский кофе и курила, сидя на кухне. На столе валялась отвратительная холодная пицца «Маргарита», которую я зачем-то заказала, потом понюхала и решила не есть. Беззвучно работал телевизор, на экране мелькали картинки. На улице моросил дождь. Грустные думы не покидали меня. Неужели все? Неужели я никогда не смогу создать правильные, достойные одобрения общественности отношения? Разве я не достойна простого женского счастья? Неужели все закончилось? Чтобы больше не вспоминать об этом человеке, надо никогда не общаться с ним. Точно! Надо удалить Марата из своего телефона! Но, с другой стороны, вдруг он когда-нибудь решит позвонить? Мне же надо знать, что это он, чтобы не брать трубку!
А как поступить с Людкой? Надо ее простить. Как-никак она действительно не придавала сексу с Маратом такого волшебного значения, как я. К тому же Людка всю жизнь была охотницей, и для нее очередной мужчина — всего лишь игрушка. Повадки изменить невозможно. Что значат мои чувства, когда я могу потерять самую лучшую подругу, которая прошла со мной через лед и пламя?
Я не могу просто так перестать с ней общаться еще и из-за нашего клуба. В нем уже семь членов (включая нас, конечно, но все же)! И все мы — одна семья со своими проблемами, которые сообща решаем. Это на самом деле так. Мы учим Наташу раскрепощенности, потому что она немного зажата; Лену — женственности, чтобы она сияла и излучала сексапильность. На худой конец мы сами учимся быть сильными, умными, общительными, постоянно занимаемся самосовершенствованием, и у нас есть стимул к развитию. С конвейеров выходят новые авто, меняется рынок. Думаете, у нас хватает времени, чтобы между спортзалом и маникюром прочитать новости РБК? А надо! Мужчины ведь находят время!
В этот момент раздался звонок. Я не поняла, кто звонит и о чем говорит. Даже телефон терялся в догадках, кто это может быть: экран показывал, что у абонента включен антиопределитель.
— ...и потом, представляешь, он избил меня! Я очень боюсь!
— Извини, дорогая, прости, но я не уловила, кто звонит.
— Это я, Рит, Катя Игорина! Ты совсем уже, что ли? Никого не узнаешь?!
Катя позвонила с просьбой, чтобы мы опять походили с ней по клубам, ей нужна, просто необходима компания. Ей хотелось пить и нюхать, чтобы забыть все несчастья, которые за то время, что мы с ней не виделись, свалились на ее голову.
