Он торжественно извлёк на свет алое безобразие, в котором летом однозначно не будет жарко — почти вся верхняя половина тела открытая. Узкие рукава — зачем их сюда вообще прикорячили? — не позволят не только сделать блок или ударить, но даже нос самостоятельно почесать, а прозрачная ткань не только ничего не скрывала, но и подчеркивала бы каждую линию тела. Вырез был такого размера, что впору пододевать другое платье. И вообще вся конструкция выглядела так, будто расползётся на нитки и горькие сожаления при первой же попытке её надеть. В таком не то что ходить — стоять опасно!
— Ты издеваешься? — серьёзно спросила я Каракуля.
— Мой лапидарный ответ — нет, — столь же серьёзно ответил он. — Кайра, ты должна выглядеть так, чтобы ему до ужаса захотелось тебя… в жёны взять. При этом трогать тебя он не посмеет, сможет только глазеть. Значит, у него должна быть пища для глаз.
— Это не пища… это… это корыто с фуражом для баранов! — возразила я, чувствуя, как снова остаюсь в меньшинстве, потому что Эрер и Десар явно заняли сторону Мелча.
Ладно Блайнер — он известный гад, но Прейзер? Предатель!
— Ты примерь, а мы посмотрим, — миролюбиво предложил Мелч.
К счастью, Блайнер выудил ещё одно платье, тоже с глубоким декольте, но хотя бы с закрытыми плечами и привычным квадратным вырезом. Пурпурное. Ещё одно — бордовое и приталенное — отобрал Эрер.
Меня проводили в отделённую от торгового зала примерочную, расположенную в уединённом зальчике. Напарники остались ждать за дверью, а я недовольно уставилась на платья в попытке найти среди них меньшее из зол. К сожалению, гипнозу они не поддавались, а декольте на них не зарастало даже в руках опытной целительницы.
Плюнув на всё, сняла рубашку и облачилась сначала в бордовое. Оно явно было мне мало и неприлично сильно облепляло верх.
Любимое утягивающее бюстье пришлось снять, иначе оно торчало из выреза. Да и в такой вырез всё же нужно сложить грудь, а не сожаления о её наличии. Брюки тоже мешали: к ним липла струящаяся тонкая ткань, и создавалось впечатление, будто я специально намочила ноги, чтобы к ним приставал подол. Пришлось снять и их.
В итоге в платье я ощутила себя голой — под тонкой тканью осталось лишь нижнее бельё. Мысленно проклиная и императора, и новых напарников, и Странника, смирилась и убедила себя, что надеваю это платье только по служебной необходимости и во имя спасения родины.
Стоило выйти из примерочной, как Мелч с обидой воскликнул, указывая мне на грудь:
— Эй, а где ты их прятала?
— Кого? — нахмурилась я.
— Нет, вы видели это женское коварство?! Я уже привык, что они туда что-то подкладывают, но чтобы прятали? Это должно считаться преступлением!
— Ну... женщины тоже не знают, что ты прячешь в штанах. У них тоже есть определённые риски... — развеселился Эрер.
— Я за полную открытость в отношениях и готов демонстрировать факты всем желающим. По запросу или даже без оного. Но вот это, — Мелч снова указал на моё декольте, — просто возмутительно!
Затем он повернулся к Блайнеру и обвиняюще выдохнул:
— Ты знал, продуманная твоя задница!
— Понятия не имел, — весело заверил тот, — однако от такого бонуса я в абсолютнейшем восторге.
— Это вы сейчас мою грудь обсуждаете? — поразилась их наглости я.
— Производим тактическую оценку инструментария для выполнения порученного задания, — с невинным видом посмотрел Блайнер мне в лицо.
Взгляд при этом так и норовил сползти ниже, но капитан мужественно его удерживал. Бедняга, так и с глазным давлением сляжет... А если не сляжет — сама уложу!
— А теперь скажи, Кайра: кто из нас троих вызывает в тебе самую сильную неприязнь?
Такого вопросаот Блайнера я не ожидала, поэтому уставилась на него в надежде на пояснения, но их не последовало.
— Не хочу никого обидеть отсутствием неприязни, поэтому скажу, что каждый из вас вызывает её в достаточно больших количествах. Но сильнее всех мне неприятен, конечно, ты. Как мой непосредственный рукоразводитель и к тому же Блайнер.
— Великолепно. Значит, на мне ты и будешь отрабатывать методы обольщения Странника, — заискрился непрошенной радостью он.
Остальные закивали.
— Что?! — возмутилась я. — Какой в этом смысл?! Я же сказала, что ты — неприятнее остальных!
— Всё верно. Именно поэтому тренироваться будешь на мне, ведь Странник может оказаться крайне мерзким типом, ещё хуже меня.
— Это вряд ли! — прошипела я, чувствуя, как снова оказалась в меньшинстве.
Я скрестила руки на груди, которую продолжал прожигать взглядом Мелч, словно ждал, что она сейчас вырастет у него на глазах.
— В жизни и не такое случается, — философски заметил Блайнер, всё ещё старательно не косясь на моё декольте. — Но тебе действительно нужно учиться взаимодействовать с собеседником, не показывая истинного отношения к нему. Сейчас у тебя на лице открыто читаются возмущение, недовольство и враждебность. А должно читаться желание выйти за меня замуж. Давай, Кайра. Начнём упражняться прямо сейчас.
