На столе лежали отчёты, подготовленные секретарём. Диаграммы, графики, таблицы. Как он проглядел этого выскочку?
Сидел этот Али Мухаммед в своём захолустье, торговал всякой дребеденью с дикарями, и вдруг!… Ни с того, ни с сего, этот безграмотный торгаш, который, наверное, с трудом произносит "мой твоя не понимать", оказался владельцем сети, именно СЕТИ фирм, производящих взаиморасчёты между планетами. Он как-то совершенно незаметно проник в банковские структуры, он теперь ведёт дела так, что ему даже летать никуда не надо — все расчёты по долгам делают с его многочисленными филиалами в разных мирах. Диксон подозревал, что восемьсот миллиардов федеральных солей — только вершина огромного айсберга, которым является эта бурно растущая империя. Попытки других фирм вклиниться в эту систему взаиморасчётов ничего не дали — все предпочитали иметь дело с проверенной структурой, с Мухаммедом Али, которого поддерживал Исламский Банк. Впрочем, возможно, что это Али поддерживал этот банк. А сам Али держался благодаря жёнам. Набрал крутых специалисток, они ему поставили всё дело, советуют, как надо поступать, готовят обзоры, отчёты… Ему только подпись остаётся поставить. Жёны всё делают за него, ещё и в постели ублажают.
Б.Диксон испытывал лютую ненависть к этому инородцу. Всё он делает играючись, с усмешкой. На людях почти всегда в окружении своих сияющих красавиц. Он, Диксон, из шкуры вон лез, чтобы подняться до вершин, не спал ночами, испортил себе здоровье. С ним спать не согласится ни одна нормальная женщина, а у Али… И как это легко у него всё выходит?
Диксон оттолкнул от себя бумаги, и они растворились в воздухе. Он снял ком-очки и откинулся на спинку кресла. Ладно бы этот Али занимался только взаиморасчётами. Но он прибирает к рукам самые ключевые отрасли. Он ставит своих менеджеров, и фирмы продолжают работать, будто у них проснулось второе дыхание. Он даже снижает цены. А что такое снижение цены для предприятия с рентабельностью в несколько процентов? Не-е-ет! Его надо остановить! Глядишь, скоро топ-менеджеры на биржу труда в очередь выстроятся. Али не берёт тех, кто расходится с ним во взглядах на управление. А какие у него самого взгляды — не поймёшь. В интервью какие-то басенки рассказывает. Личные контакты, семья… Впрочем, это всё так и есть. Семья!
Заиграла музыка телефона.
— Что такое, Моррис? — недовольным тоном проворчал Диксон.
— Сэр! Очень интересная информация! — доложил секретарь. — Про Султана Али.
— Что именно?
— Он снова собирается жениться.
— Ну и что? Какое это может иметь отношение к делу? — лёгкость мышления и тела начинала медленно снижаться, и Диксон понимал, что за этим придёт апатия, потом раздражение, иногда переходящее в ярость.
— Султан Али собрался жениться, но ещё не знает, на ком, сэр!
— Хм-м-м! Пусть это будут его проблемы! — Брут Диксон собирался закончить разговор, хотя не допускал мысли, что секретарь стал бы беспокоить его по пустякам.
— Сэр! Эту проблему должны решить мы, и тогда у Султана Али появится множество других проблем.
Моррис молчал, а Диксон обдумывал ситуацию. Ну как он сразу не додумался? Если Али держится за счёт своих жён, то…
— Так-так-так! Моррис, если дело выгорит, то я смогу вас хорошо отблагодарить! Кстати, пригласите мне этого…
— Босуорта?
— Да-да! Его! На…
— В четырнадцать двадцать у вас свободно.
— Да! На четырнадцать двадцать!
— Хорошо, сэр!
Малкольм Босуорт сидел в кресле с напряжённым подобострастным видом и, периодически приглаживая и без того гладкие и блестящие волосы, слушал Диксона. Он был ловким малым, сделавшим свой бизнес на секс-услугах самым высокопоставленным особам. С его участием была организована каждая вторая свадьба среди местного бомонда. Он был уважаемым человеком, хотя, скорее всего, с ним просто боялись портить отношения.
Эти свадьбы приносили Босуорту просто невероятные барышы. Жених согласен был платить огромные деньги за то, чтобы невеста не оставила его с носом, а завистники и конкуренты платили совсем невероятные деньги, чтобы пустить его по миру. И та, и другая сторона знала о действиях противника, и цена услуги росла как на лучших аукционах. Босуорт умудрялся балансировать на лезвии ножа, делая вид, что устраивает дела и тех, и других, во всяком случае, так было до сих пор. Он виртуозно устраивал знакомства, и даже матёрые профессионалы не всегда могли разгадать те ходы, которыми он добивался нужного результата. Потом он устраивал шумные бракоразводные процессы, и обе стороны благодарили Бога и его, Малкольма Босуорта, что так легко отделались.
Разумется, Большой Диксон обратился к нему именно за этим. Во всей Солнечной Федерации только Малкольм Босуорт мог обтяпать такое дельце — женить самого Султана Али! Ладно бы, задурить голову "космическому султану", но нужно было ещё обставить и его гарем. Очень быстро уяснив возможные препятствия, Босуорт перешёл к торгу.
— Вы представляете себе сложность этой задачи? — важно произнёс он. — Султан Али может жениться только при полном согласии всего своего гарема.
