— Мы не досчитались восьмерых сотрудников. Скорее всего, именно их Руиз и держит в заложниках. Нашему специалисту по переговорам удалось установить с ним контакт. Все шло превосходно, и он уже готов был впустить ее в здание, но внезапно ему позвонила жена. Она нарушила запрет и связалась с ним, хотя ей настоятельно рекомендовали этого не делать и предоставить вести переговоры нашему агенту. Отпросившись у охраны в туалет, она позвонила оттуда. Что бы она ему ни сказала, это вывело его из себя и все покатилось к чертям. Руиз грозится расстрелять заложников, если хоть кто-нибудь приблизится к зданию. Наш переговорщик пыталась его успокоить и уговорить впустить ее, чтобы все обсудить с глазу на глаз.
— Он выдвигал требования? — спросил Слоан.
Тэйлор покачал головой.
— Это явно жест отчаяния. Он не в себе и вряд ли осознает чего хочет. Он то и дело что-то бессвязно бормочет себе под нос, срывается на крик и с каждой секундой злится все больше. Он непредсказуем.
Слоан повернулся к Келвину. А тот уже прекрасно знал, какой за этим последует приказ.
— Занимай позицию. Если дела станут совсем плохи…
— Понял.
Келвин не нуждался в дальнейших объяснениях, так что вернулся в грузовик, с помощью отпечатка пальца открыл оружейный шкаф и достал оттуда длинную сумку со снайперской винтовкой. В нем еще теплилась надежда, что переговорщик справится и сможет достучаться до Руиза. Келвин поднял визор шлема, снял перчатки и закинул винтовку на плечо. Сейчас ему показалось, что она весит чертову тонну. И хоть Келвин уже привык к этой тяжести, сегодня она как-то особенно сильно оттягивала плечо. Наверное, психосоматика. Иногда ему действительно казалось, что винтовка легче, чем обычно, но чаще наоборот. На выходе из грузовика его ждал обеспокоенный Итан. Келвин подмигнул ему.
— Не переживай так, здоровяк. Будь осторожен, хорошо?
Итан молча кивнул, но его лицо, как всегда, было выразительнее любых слов. Он прекрасно понимал, что скоро произойдет и каковы шансы Руиза выбраться живым из этой передряги. Была стрельба. Никто не мог сказать, кто погиб, а скольких ранили. Но скоро Келвин все узнает. Итан знал, что бывает, когда Келвин спускает курок. Как движением одного пальца он может разрушить семью. Но Келвину нельзя было думать об этом. Он сжал руку Итана, спрыгнул вниз и быстро пересек улицу, направляясь к соседнему зданию.
Там как раз проходила эвакуация, а значит, ему придется подниматься по лестнице, продираясь сквозь толпы взволнованных сотрудников. Лучше бы не встречаться ни с кем взглядом. Большинство из них не подозревает, зачем он здесь, но все равно, Келвин не хотел, чтобы его провоцировали. Многие думают, что он получает какое-то извращенное удовольствие от своей работы. Как будто это легко, взять и отнять чужую жизнь.
Келвин сам вызвался занять должность снайпера. THIRDS никогда не назначали на эту позицию просто хороших стрелков. В таком деле меткость не самое важное. Для того, чтобы пройти отбор нужно было выполнить огромное количество требований и тест на меткость в тире был чуть ли не последним в списке. Келвин же был не только талантлив от природы, но и отличался дисциплинированностью. Эта работа выматывала физически и морально. Многие не выдерживали ответственности, возложенной на их плечи.
Когда Келвин занимал позицию, в перекрестье своего прицела он видел все и тогда от того, какую информацию он передаст своему командиру, мог зависеть исход операции. Иногда именно ему приходилось становиться глазами и ушами своей команды. В такие моменты он должен быть предельно собран, внимателен к деталям и уметь четко формулировать свои мысли. А потом наступал момент, когда он должен был убить.
Келвин добрался до двадцать первого этажа и нашел пустой кабинет, который располагался как раз напротив нужного этажа в башне «Деймос». Он быстро расстегнул молнию на чехле и принялся собирать винтовку. Когда на поле боя возникала опасная ситуация, ему часто приходилось доставать боевое оружие и даже стрелять на поражение. Но работа снайпера требовала усидчивости. Иногда, в ожидании приказа, он мог часами держать на мушке свою цель. Не удивительно, что случалось, он странным образом успевал привязаться к своей цели, а это было крайне нежелательно, потому что в большинстве случаев он получал приказ устранить ее.
Собрав винтовку, Келвин установил ее на треногу и развернул в сторону цели. Он заглянул в прицел, чтобы настроить оптику. Ему нужно было получить четкое изображение места действия, что было весьма непросто. Когда дело происходило в помещении, ему часто мешали жалюзи, солнечные блики на окнах, мебель и еще куча всего. Келвин сделал глубокий вздох и сконцентрировался. Не все умели так эмоционально абстрагироваться. Каждый снайпер, работающий в THIRDS, знал, что с его работой могут возникнуть юридические, моральные и этические проблемы, с которыми так или иначе придется справляться. Келвин коснулся гарнитуры.
— Слоан, я на позиции.
— Есть картинка?