– Наташ, мне совершенно не до шуток и твоего ёрничества.
– От чего же? – я склонила голову на бок, игриво улыбаясь.
– Ты зачем пришла? Если есть что сказать, то я внимательно слушаю.
Мне хотелось разнести в щепки кабинет новоиспеченного босса, но вместо этого, вздохнула отвернувшись.
– Нам нужно поговорить, – снова повторила я. – Иначе мы не сможем нормально вместе работать.
Женя внимательно посмотрел на меня, будто пытался отыскать для себя что-то важное.
– Ты права. Пожалуй, я должен извиниться.
– Не поняла…
– Я не должен был… – кашлянув, Джекс поднял на меня виноватый взгляд и продолжил: – Всё же ты мой друг, и я …
– Стоп! Что? – меня оскорбило это заявление.
– Я думаю, я не должен был, – Женя вопросительно поднял брови, будто не понимал, что только что сморозил.
Закрыв глаза, я усмехнулась.
– Ты сейчас серьёзно?
Он растерянно посмотрел на меня. И в этом был весь Волков. Такой уверенный в себе мужчина, неожиданно терялся в простых вопросах, касающихся женщин. Странно было только то, что он был таким не со всеми представительницами противоположного пола.
– Скажи, что ты пошутил, пожалуйста, – взмолилась я, подавив отчаяние в смешке.
– Не понял, – он нахмурил брови и наконец перестал оголять передо мной своё шикарное тело.
– Ты невыносим! – воскликнув, я поспешила к выходу из его кабинета, так же молниеносно, как и появилась в нём.
Волков, не понимая что такого он сказал, прошёл за мной.
– Наташ, постой.
Я замерла у двери и обернулась, показывая ему обольстительную улыбку.
Женя оценил перемены моего поведения.
– Нат, ты что задумала?
– Ничего, – одарив босса самой милой улыбочкой, поспешила на своё рабочее место.
Кажется, я сломала ноготь, когда впилась пальцами в дверной косяк. И выйдя, из кабинета генерального директора Е.А. Волкова, как гласила табличка с именем на его двери, я попыталась унять разыгравшуюся учащённое сердцебиение.
– Какого хрена ты пошла им на уступки? – рычал я на Наташу и уже тысячу раз пожалел, что взял её к себе. Она в первую неделю умудрилась вывести меня из себя. Хотя я делал ставку на месяц…
– Жень, – я посмотрел на неё из-под густых бровей, намекая, что сейчас ей не Женя, Джекс или Волков. И понятливая девушка сразу исправилась. – Евгений Анатольевич, мы от этого выиграем. Поверьте моему опыту…
– Я ничего не хочу слышать, Наталья Игоревна. Там должно быть моё имя! Моё! – стукнув по столу так, что Самойлова вздрогнула, поднялся на ноги. – Натусик, послушай… – подойдя к ней и положив руки на плечи, стал поглаживать.
Мы спорили уже час и она упорно пыталась мне доказать свою правоту. Да только меня бесило, что она пошла в обход моему авторитету. И, не посоветовавшись со мной, отправила в работу рекламную кампанию с именем новоиспеченных партнёров.
– Нет, Жень, – скинув мои руки, отошла на шаг. – Это ты меня послушай. Ты вообще узнавал об их репутации?
– Конечно. Я что похож на идиота? – не понимая, к чему ведет этот бессмысленный диалог, подошёл к горке и достал оттуда вискарь, чувствуя, что сейчас рыжая бомбанёт в меня новостью. И мне срочно нужно было подготовиться…
– Я не знаю, кто тебе собирал данные. Но репутация у них не ахти какая… Поэтому я выиграла тебе время, чтобы ты мог разобраться, кто подложил тебе такую свинью.
– О чём ты? – сделав глоток напитка, ощутил приятное тепло в купе с нарастающим раздражением.
– Жень, тебя обманули… – озвучила Ната то, что только, что осознал.
– Ты уверена? – спросил, усмирив гнев от недавнего недовольства её поступком.
Она лишь кивнула, а затем опомнившись, застучала высокими шпильками в направлении стола, где на гладкой поверхности лежала увесистая папка.
– Я промониторила их деятельность. Вот держи, – протянув мне документы, Наташа хотела выйти.
Перехватив тонкое запястье, извиняющимся голосом попросил рыжулю остаться:
– Нат, не уходи, если у тебя не было планов, – звучало чересчур нежно, прокашлявшись, добавил деловым тоном: – У меня могут быть вопросы.
– Хорошо, – в тон моему голосу ответила она, посмотрев на наручные часы. – Но ты заплатишь мне за сверхурочные.
– Не вопрос, Натусик.
– И не называй меня так, – снимая пиджак, возмутилась девушка.
А я снова откровенно завис. И было на что засмотреться. Медленно осмотрев витиеватые узоры, что соблазнительно подчёркивали грудь подруги, я вопросительно выгнул бровь и задал вполне уместный вопрос для начальника, скрывая тем самым явное возбуждение от увиденного:
– Не припоминаю, чтобы дресс-код нашей компании позволяет сотрудникам такой вид.
Рыжая лукаво улыбнулась, продефилировав ко мне. И, забрав бокал из моей руки, сделала глоток, стреляя хитрющими глазками.
– Евгений Анатольевич, рабочий день окончен. Так что, я могу позволить себе небольшую вольность и снять надоедливый пиджак. Не волнуйтесь, – отдав мне стакан, добавила: – Кроме вас, никто не видел меня в нём. Совсем.
Я сглотнул. Что это сейчас было?
