Пока премьер – неужели и вправду он?! – знакомился с Ольгой Яковлевой, известной в узких кругах как Горгона, Елена успела переброситься несколькими словами с Виктором Константиновичем. Она знала от Андрея, какую роль сыграл этот незаурядный человек в их судьбе. Он был в числе приглашенных на их свадьбе; правда, пробыл недолго, но она все-таки успела с ним познакомиться и довольно обстоятельно поговорить.
– Мы здесь, в общем-то, случайно, – пряча легкую усмешку, сказал Эм. – Были приглашены на одно мероприятие, заодно решили и прогуляться.
– А мы… подсматривали в щелочку, – неожиданно призналась Бушмина. – Думали, встретим кого-то из знакомых…
– Вот и повстречались, – улыбнулся премьер. – Вы здесь живете, в Балашихе?
– Да, нам здесь дали квартиру.
– А в Москве у вас есть жилплощадь? – поинтересовался В.В. – Все ж не очень удобно вам добираться до столицы…
Не дожидаясь ответа, вернее, предугадав ответ, он бросил взгляд на своего спутника:
– Мы должны решить и этот вопрос… Елена Владимировна, может, есть какие-нибудь проблемы? Просьбы? Пожелания?
– Просьба, наверное, только одна, – уловив заминку, пришел на помощь молодой женщине Эм. – Вернуть поскорее мужа… Я угадал?
Одарив мужчин ослепительной улыбкой, Лена Бушмина утвердительно закивала.
– Гм… – В.В. с озадаченным видом провел ладонью по подбородку. – Непременно вернем! Новый год, Елена Владимировна, будете встречать вместе. Я вам это твердо обещаю! Ну что, договорились?
– Договорились, – снова улыбнулась Елена. – Я буду ждать.
Премьер задумался…
«Что пожелать на прощание? Чем успокоить? Сказать даже толику правды нельзя, ведь нельзя даже по малейшему поводу беспокоить женщину, которая готовится стать матерью…»
– Всего вам доброго, а главное – счастья и здоровья!
Какое-то время Розанова-Бушмина стояла недвижимо, хотя, кроме Ольги Яковлевой, рядом с ними в аллее уже никого не было.
– Ну у тебя и нервы, Ленка, – одобрительно проговорила Ольга. – Будь я на твоем месте, прям счас бы и родила!
Они уже приближались к стоявшему на обочине лимузину, когда В.В. жестом попросил Эма уделить ему еще минуту.
– Поступим следующим образом… Первое. Нужно усилить охрану не только ключевых фигур по линии «Мерлон», но и обеспечить безопасность членов их семей. Второе. Нам следует вернуться к делу Дольникова. Произвести закрытое расследование обстоятельств гибели полковника и той трагедии, что произошла с его женой. Выявить всех виновных и сурово наказать! А те документы, что удастся отыскать по «антикоррупционным делам», подшить заодно к тем, что расследуют сейчас! И еще… Руководство МВД пригласило меня принять участие в мероприятии, аналогичном сегодняшнему. Предположительно, оно состоится в конце этого месяца. Нужно хорошенько подумать: не воздержаться ли мне в известной вам ситуации от участия в акциях такого рода? И, наконец, последнее. Виктор Константинович, вы полагаете, что можно обойтись двумя этими «командами»? Может, есть смысл усилить группу «Мерлон»?
Переварив сказанное, Эм отрицательно покачал головой.
– Вы знаете, Владимир Владимирович, что такое настоящая охотничья собака? Настигнув крупного зверя, пусть это даже лось или медведь, она «сажает» его и ждет охотника… Так действуют и наши люди. Если
Крупный населенный пункт Урус-Мартан был освобожден федералами недели две назад. На протяжении последних нескольких лет здесь функционировали учебные лагеря по подготовке «воинов джихада», в том числе печально известная школа подрывников. Нынче райцентр превращен в вотчину гантемировцев, в базу, где под приглядом федералов формируются подразделения так называемого «чеченского народного ополчения».
Почти каждый день в Урус-Мартан из Ингушетии и Северной Осетии шли военные транспорты – грузы самого разного характера, от учебников и тетрадок для местных школ, продуктов для населения и медикаментов для больниц до стрелкового оружия и даже бронетехники. Предполагалось, что местный тейп в ходе нынешней кампании относительно лоялен по отношению к федералам. Лидеры гантемировцев связаны с населением узами родства, поэтому именно в Урус-Мартане решено было обустроить своеобразный «накопитель», откуда грузы по мере необходимости могли бы доставляться в другие освобожденные районы Чечни.
Значительная доля грузов предназначалась непосредственно для нужд «народного ополчения» – ополченцев после соответствующей проверки и регистрации следовало экипировать, вооружить и поставить на «кормление».
Накануне Шувалов, Мокрушин и еще несколько сотрудников ГРУ на борту двух «бэтээров» посетили этот славный чеченский городок. Они пообщались накоротке с ребятами из подмосковного ОМОНа и двумя офицерами местной комендатуры. Выявили места сосредоточения ополченцев и местонахождение некоторых интересующих их объектов, после чего, незадолго до наступления сумерек, убрались на своих бронемашинах из Урус-Мартана, но не так чтобы насовсем и не очень далеко от городской окраины.
