Приходилось отговариваться общими фразами, пока шагали по парку в сторону коттеджа Крагена. Невольно щурилась на солнце, воспринимая окружающую мирную обстановку, так не вязавшуюся с моим напряженным внутренним состоянием.
Норд рассказывал, что у них происходило в академии и на кафедре. А я улыбалась, иногда уточняя что-нибудь для поддержания разговора, чувствуя себя оторванной от реальности. Ее размеренность и спокойствие совершенно не совпадали с моими ощущениями, навязчивыми страхами.
Парень так увлеченно, совсем по-мальчишески улыбался, пересказывая очередной забавный случай, стараясь меня развлечь. Невольно, с тоской задумала, когда вот так, просто, приятно общалась со своим сверстником? Нормальным, веселым парнем, а не каким-нибудь мощным чудовищем.
Увы, мой круг общения ограничен взрослыми мужчинами. Да еще и сплошь непростыми, втянутыми в интриги и разборки. Наверно мне полагалось сильно сожалеть, но эмоций как таковых не было. Скорее холодная оценка разумом, указывающая на непорядок в этом вопросе.
Проводив меня до дверей, Норд простился, уговаривая напоследок не стесняться писать по блокноту связи, если что-то понадобиться. Кивнула с улыбкой, не став ничего обещать. Понимая, мы говорим о простых бытовых вопросах, а не моих реальных проблемах. Слишком значительных, чтобы его втягивать.
В коттедже все осталось как прежде, словно ничего не случилось. Дом мирно дремал, ухоженный и обустроенный. Мои вещи нашлись на месте, в целости и сохранности, приведенные горничной Мюси в порядок.
Они вместе с поварихой Нартой принялись охать, удивляясь, как меня угораздило попасть к лекарям, а я не спешила делиться подробностями, отговорившись общими фразами. Общение у нас не настолько личное, выпрашивать подробностей не стали.
Странная категория время. Для них прошло несколько обычных, спокойных дней, и ничего не изменилось. А я пережила сильнейшее потрясение, и теперь нас словно разделяло полгода, именно так ощущала вернувшись сюда.
Ближе к вечеру появился Краген. Похудевший, осунувшийся и бледный, он представлял собой весьма печальную картину, невольно заставляя переживать. Но все равно обрадовалась его увидев, пусть и не до конца восстановившимся. Просто надо немного времени и усилий, и он станет прежним.
- Может следовало еще полежать в той капсуле? - сказала сочувственно, едва он появился в гостиной. – Что-то вы такой бледный!
- Да, Ника, умеешь ты говорить комплементы! – возмущенно, со смехом отозвался он.
Пожала плечами. Подумаешь! Если он и правда так печально выглядит, что хочется в палату к Серому уложить и окутать лечебным сном.
Между прочим, работавшие в этом доме Нарта и Мюси тоже страшно причитали, едва его увидев. Повариха даже поспешила накрыть ужин, наверняка в надежде побыстрее его откормить.
- Обрадовался, узнав, что с тобой все в порядке! Не представляешь, как волновался, когда не хватило сил тебя забрать! – продолжил между тем он, изучая внимательным, оценивающим взглядом, получив в ответ широкую улыбку.
Да, ситуация из тех, повторения которых не пожелаешь даже врагу. А уж себе и подавно. Вспоминать страшно, как осталась одна в мрачном коридоре темницы, слушая топот приближающейся стражи. Беспомощность и отчаяние, неспособность себя защитить. Моргнув, скинула наваждение, снова прислушиваясь к словам Крагена.
Он принялся расспрашивать о происшествии, проявив осведомленность в моей непонятной ситуации с демоном, и интерес, само собой. Пришлось заново все пересказывать, теперь уже ему. Отвечая на уточняющие вопросы и поясняя детали.
- Понимаешь, Ника, все не просто, - вздохнув, сказал по итогу, и продолжил, объясняя. – В нашем мире есть такое понятие, как дар жизни. Сама магия, сила, пронизывающая все вокруг, можно сказать следит за этим, навязывая некоторые правила. И спасая кому-то жизнь намеренно, обретаешь над этим существом некую власть. Понимаешь, о чем я?
- Не совсем, - безразлично пожала плечами в ответ, не понимая, как могу быть что-то должна, если уговора такого не было.
А местные страшилки из категории табу. Почему на меня должны распространяться ваши дурацкие правила? Я не просила себя спасать и не оговаривала цену. А потому признавать долг не готова, категорически. И это принципиальная позиция.
- В общем, - подумав, попытался объяснить Краген, - демон оказал тебе серьезную услугу, и теперь наверняка считает, что за тобой долг.
- Никаких долгов не признаю! Он сделал то, что было ему удобно, не больше! – возмущенно, резко отозвалась, не желая всерьез принимать заморочки по непонятным долгам. – Сделки не было, а значит и говорить не о чем! – закончила решительно.
С чего мне чувствовать себя должной? Будь обозначена цена и получено мое согласие, тогда пониманию. Но не так! Такая цена меня не устроит, слишком дорого запросит дражайший демон. И договоров мы не заключали, согласия своего не давала. Почему должна платить за чужие ожидания?
И тут же уточнила, вспомнив одну непонятную деталь. Но очень важную, способную раскрыть многое, поясняя поведение демона.
