Приподнявшись, я пошевелила рукой. Казалось, все в порядке, но до меня стало доходить, что я совершенно не контролирую свое тело. Я чувствовала только приятное покалывание.
– Зуилас, – я перевела на него взгляд. – Если бы ты мог узнать одну вещь… ну, что я думаю о тебе… что бы ты хотел узнать?
Он слегка прищурился.
Встав на четвереньки, я придвинулась ближе, глядя ему в глаза.
– Если я тебе кое-что расскажу, ты расскажешь мне тоже кое-что?
– Кое-что о чем?
Так далеко я не задумывалась и потому нахмурилась, пытаясь быстро сообразить, о чем бы спросить.
– Я хочу знать, что для тебя значит «защищать». Наш контракт обязывает тебя защищать меня, но я не знаю, как ты понимаешь это слово.
Он дернул хвостом.
– Ты до сих пор не поняла,
– Нет. Ты мне так и не объяснил.
– Я сделаю все, чтобы ты была в безопасности. Вот что это значит.
– Но что значит «в безопасности»?
– «В безопасности» значит, что ты не умрешь. Это самое главное. Вот что для меня значит «в безопасности». – Он ненадолго замолчал. – Но в твоем мире эта фраза означает много чего другого. Я еще не все понял.
– А-а-а, – протянула я, подползая ближе, будто это могло помочь мне услышать его. – И что ты уже понял?
– Ты не чувствуешь себя в безопасности, когда ты ранена, или напугана, или одинока.
Мда, звучит, будто я самая большая слабачка на свете. Я придвинулась еще ближе.
– А что хочешь знать ты?
– Я потом тебя спрошу.
– Спроси сейчас!
– Сейчас ты
Надувшись, я почти прижалась к нему, и теперь мы сидели нос к носу:
– Зуилас, почему ты всегда меня обижаешь?
– Я не обижаю.
– Даешь мне разные прозвища.
– Это не прозвища – это правда.
– Ну тогда скажи мне правду, но приятную!
– Ты –
– Фу! – я вскинула руки, подражая Амалии, и чуть не шлепнула его.
Голова у меня закружилась, я потеряла равновесие и начала падать назад.
Он поймал меня за руки и притянул к себе. Меня повело вперед, и я упала к нему на колени, умудрившись уткнуться лицом в сгиб его локтя.
– Ты так бесишь, – пробормотала я.
– Ты такая
Отодвинувшись, я улеглась на спину, положив голову ему на ноги. Прищурилась, глядя ему в лицо, затем прикоснулась к его щеке – кожа была восхитительно теплой.
– Мне так хочется снова видеть твои мысли.
– А вдруг ты увидишь, что я совсем не такой, каким тебе хочется меня видеть?
Я посмотрела на него, и сердце чуть не выскочило у меня из груди.
– Я… я не знаю.
–
Внутри у меня все перевернулось и сжалось в узел.
– Что… то есть… это плохо?
Он заскользил носом по моей руке, но вдруг резко остановился и посмотрел на тыльную сторону своей ладони:
– Опять кровит.
– Я и забыла! – резко вскочила я. – Ты же должен вылечить руку! Давай скорее!
Я быстренько втолкнула его в центр круга. Пока вокруг его разбитых костяшек вспыхивала алая магия, а из порезов сочилась кровь, я отступила в дальний угол, сделала несколько глубоких вдохов и только потом поняла, что держу себя за запястье – там, где демон вдыхал запах моей кожи. В животе у меня снова скрутился узел.
Пока Зуилас тщательно настраивал исцеляющее заклинание, я восхищалась сложностью магии. Я смутно понимала, почему исцеление было намного более сложным делом, чем боевая магия, которой владели он и другие демоны. Он не просто создавал исцеляющее заклинание и применял его. Нет. Ему приходилось создавать отдельное заклинание для каждой раны, а иногда использовать несколько вариаций для лечения более сложных травм.
Красный свет его магии отражался от глянцевого пола, вспыхивая ярче, когда он произносил заклинание. Я прислонилась к книжным полкам, наблюдая, как смыкаются края рваной раны на его руке. Странное покалывание постепенно испарялось из моего тела, и когда в голове прояснилось, я попыталась не думать о том, как по-идиотски себя вела всего минуту назад.
– Если бы ты мог использовать свою магию, у тебя не возникло бы никаких проблем с теми големами, – прошептала я. – Если они нападут на гильдию, то тут будет полно магов. Ты все равно не сможешь прибегнуть к магии.
Исцеляющее заклинание исчезло, и он разжал и сжал пальцы.
– Что такое големы? – спросил он.
– Я о них только читала. Это металлические создания, которые могут двигаться благодаря заклинаниям. Они не живые и не умеют думать. Они как роботы, в которых заложены простейшие программы… – замолчав, я попыталась найти понятную для него аналогию. – Ну, они как машины, только без водителя. И очень глупые.
– Их создает магия
– Да, их создают колдуны.
– А у них может идти кровь?
– Нет. Они сделаны из металла.
– Тогда почему я чувствовал в них демоническую кровь?
– Этого не может быть, – растерялась я. – В колдовстве кровь практически не применяется.
Он дернул хвостом из стороны в сторону.
– Я чувствовал в големах запах демонической крови. Из самого большого даже вытекла кровь, когда он упал.
– Вытекла кровь демона? – уставилась я на него. – Ты уверен?
– Прекрати задавать мне этот вопрос!