– Значит, ты хочешь точно знать, как работает амулет, – резюмировала я. – Тебе нужны все подробности о том, как работает заклинание и как оно аннулирует контракты.
Он кивнул.
– Этого я не знаю… пока.
Я замолчала, колеблясь, стоит ли еще что-то добавлять к сказанному. В отношении Эзры я была уверена, что у него есть совесть, но насчет Этеррана у меня были сомнения.
– Думаю, я смогу найти нужные тебе ответы, но сначала нам понадобится твоя помощь, чтобы разобраться с Клодом и колдунами.
– Да, конечно. Мне нужно поговорить с этим Клодом и выяснить, зачем ему понадобился мой профиль. Полагаю, что этот крылатый демон был его.
– Да, и он заключил абсолютно нелегальный контракт, – я с тревогой потерла руки. – Что бы они ни планировали, ничего хорошего ждать от них не приходится.
Эзра встал с дивана.
– Сегодня вечером мы уже ничего не решим. Отдыхай, а завтра поговорим. Мне тоже… – лицо его приняло совершенно равнодушное выражение, словно он стер все эмоции. – Мне надо позвонить Тори и выяснить, где она.
– Ты не знаешь, куда она отправилась?
– Я знаю, куда она поехала, но не знаю, где она, – резко ответил он. – Мне пора.
Он направился к двери, и я быстро встала.
– Подожди минутку. Я провожу тебя вниз.
Эзра открыл было рот, чтобы возразить, но передумал. Я сунула ноги в ботинки, махнула рукой Зуиласу и Амалии и поспешила за магом.
В тишине мы спускались по шаткой лестнице, где всегда пахло сигаретным дымом. У главного входа мы обнаружили, что на улице льет дождь. Черный мотоцикл на обочине был мокрым и блестел.
Увидев его, Эзра вздохнул.
– Не хочу показаться любопытной, – начала я, задаваясь вопросом, с какой стати я вообще завела этот разговор, – но, хотя Тори этого и не говорила, мне кажется, она переживает за тебя.
Выражение его лица не изменилось, оставаясь пустым и непроницаемым, но, спасибо Зуиласу, я научилась различать намеки на чувства. Едва заметно дернулся мускул на челюсти. Напряглись и расслабились мышцы. Слегка сузились зрачки.
Разглядев все это и многое другое на напряженном лице Эзры, я замолчала в ожидании реакции. Он либо просто выйдет за дверь, либо…
Он резко выдохнул через нос.
– Робин… тебе когда-нибудь лгал тот, кого ты любила?
– Что ты называешь ложью?
– Когда правда изменила бы все.
Дождь лил, по стеклу двери стекали капли.
– Да, – я сжала руки в кулаки, впиваясь ногтями. – Мои родители. Моя мама. Они… скрывали от меня… скрывали прошлое нашей семьи и все мое будущее. Я даже представить не могу, сколько лжи мне наговорили, чтобы сохранить это в тайне.
Я чувствовала его взгляд на своей макушке и спрашивала себя, ожидал ли он такого ответа.
– И что ты сделала, когда узнала?
– Ничего. Родителей уже не было. Их убил Клод.
Послышался резкий вдох – он почти слился со стуком дождевых капель, бьющихся об стекло.
В уголках глаз вскипели слезы – неутихающее горе опять затопило меня.
– Но если бы я увидела ее еще раз, я бы сказала маме, что понимаю ее… и поблагодарила бы.
– Поблагодарила? – прошептал он.
– Она защищала меня. Может, мама была неправа… она и сама так думала под конец… но все, чего она хотела, это чтобы я была счастлива. Врать мне каждый день… это, наверное, было очень тяжело для нее. Думаю, что это причиняло ей больше боли, чем мне.
Эзра молчал, и я вытерла глаза, смутившись, что не смогла полностью сдержать слезы.
– Спасибо, – пробормотал он. – За то, что поделилась.
Я кивнула, обеспокоенная тем, что маска равнодушия на его лице пошла трещинами. И я знала, что сказал бы Зуилас, если бы он был здесь. Он сказал бы, что маг пахнет болью. Сильной болью.
– Я напишу тебе завтра, чтобы назначить время встречи.
– Хорошо, – тихо ответила я, зная, что больше ничем не могу ему помочь, ведь мы, по сути, едва знакомы.
Он толкнул дверь, и холодный мокрый ветер занес внутрь капли дождя. Маг шагнул под ливень и пошел к мотоциклу. А я надеялась, что он позвонит Тори.
И еще я надеялась, что Тори, куда бы она ни отправилась, была к этому готова.
– Ну и что это было?
Я проигнорировала вопрос Амалии и, проскользнув в квартиру, стала осматривать комнату в поисках Зуиласа.
– Да он просто в душ пошел. Сейчас…
Послышался глухой звук включаемого крана, и через мгновение зажурчала вода.
Испытав невероятное облегчение, я скинула незашнурованные ботинки с ног и, сгорбившись, побрела на кухню. Я открыла холодильник и почувствовала, как живот свело от голода, но во рту пересохло, а вкусовым рецепторам было абсолютно наплевать на еду.
– Эзра и Этерран хотят знать все об амулете, – раздраженно пробормотала я. – И с этим тоже придется разобраться… Радует только то, что они, пожалуй, помогут нам найти его.
– И, если повезет, не сопрут, – добавила Амалия, упершись локтями в барную стойку.
– Хочется в это верить. Миррин не назвала бы амулет «ключом ко всему», если бы он просто расторгал контракты. Он был создан для решения других более важных задач, но я не собираюсь рассказывать им об этом, – я захлопнула холодильник и присела, чтобы открыть морозилку. – Или о том, что мы понятия не имеем о магических свойствах амулета.
– Ну, может, ты и правда не знаешь.