Как отреагировал ее демон? Разделил ли он ее чувства? Ответил ли взаимностью? Или он ее отверг? Отвернулся от нее? Схватил ли драгоценный дар – ее сердце – и швырнул ей назад?
Я перечитала свой перевод, отчаянно пытаясь найти ответы.
Мои дрожащие пальцы снова потянулись к гримуару. Возможно, Миррин объяснила все в следующей записи.
Она расскажет мне, любил ли ее демон, или она совершила ужасную ошибку. Она должна рассказать мне больше, чем это витиеватое напутствие, что нужно быть смелой и следовать зову своего сердца.
Я сильно тряхнула головой и снова начала лихорадочно переворачивать страницы, почти забыв об осторожности, необходимой при работе с хрупкой бумагой. Я листала страницу за страницей, и по мере приближения к концу гримуара меня охватила паника. Этого не может быть. Не может быть, что это последняя запись Миррин.
Осталось десять страниц. Пять. Три. С замиранием сердца я добралась до последней страницы, перед которой торчали остатки вырванных листов с украденными заклинаниями. Я обессиленно просмотрела текст, но имени Миррин так и не увидела.
Не может быть. Она должна была написать что-то еще. Я просто пропустила это.
Тяжело дыша, будто я бежала кросс, а не читала книгу, я начала листать назад, внимательно просматривая каждую запись, тщетно пытаясь обнаружить хоть что-нибудь.
Страница. Еще одна. И еще. Содержание здесь было другое – больше текста, меньше заклинаний и списков. Под абзацами стояли другие имена, но имени Миррин больше не было. Я пролистнула еще один раздел, плотно заполненный текстом. И тут у меня перехватило дыхание.
Это было имя – не Миррин, но все же знакомое.
Μέλιττα Àθάνας
Мелитта Атанас
Младшая сестра Миррин. Она тоже что-то добавила в гримуар?
Меня окутало зловещим холодом. Взяв карандаш, я принялась за работу. Перевод шел медленно, и с каждым словом боль в моем сердце росла. Когда я закончила, я долго сидела и не могла заставить себя прочитать готовый текст.