Охота начинается полностью

– Просто… – Джабир вздохнул. – Жаль, что ты не поговорила со мной сначала, прежде чем заключать такую сделку.

Коффи открыла рот, чтобы ответить, но промолчала. Она думала, что включить долг Джабира в сделку – это правильное решение, но… может быть, это не так. Она не сделала паузу, чтобы обдумать последствия, – ей просто показалось, что это правильно, и она не стала подвергать решение сомнению. И снова ей вспомнились мамины слова.

Но иногда нельзя позволять сердцу вести тебя. Нужно думать головой.

– Прости, – искренне произнесла она. – Правда, я виновата. Но… Я не хочу, чтобы тебе казалось, будто я про тебя забыла. Ты моя семья – так же, как и мама.

Джабир на мгновение отвел глаза и быстро заморгал.

– И ты тоже моя семья, Коф. – Он, кажется, собирался с духом. – Знаешь, Шетани никогда не находили раньше, так что, если ты его найдешь, тебе понадобится помощь.

Коффи застыла.

– Джабир, ты не можешь пойти со…

– Я говорю не о себе. – Он покачал головой. – Н о тебе понадобится какой-то путеводитель по Великим джунглям, карта.

– Верно. – Коффи кивнула. На самом деле она еще даже не начала думать о том, что ей понадобится для своей задачи, но карта, кажется, была очевидной необходимостью. – Есть идеи, где я могу найти что-то такое?

– Ничего не приходит в голову. – Джабир потер виски. – Ты говорила, что была сегодня утром на рынке?

– Так.

– Ну, сначала попробуй там, – предложил он. – Есть купцы, которые продают буквально что угодно…

– Погоди минуту. – Коффи выпрямилась и широко открыла глаза. – Вот оно.

– Что такое? – спросил Джабир.

– Купец, – повторила она. – Прошлым вечером, помнишь, бвана Мутунга рассказывал Баазу, чем он торгует?

– На самом деле… нет.

Сердце Коффи забилось быстрее.

– Он сказал, что специализируется на административных надобностях для храма. Папирус, перья и баридийские чернила для книг, и…

– Карты. – Глаза Джабира расширились – он понял. – В храме Лкоссы есть карты!

– А значит, туда мне и нужно будет отправиться, – решительно сказала Коффи. – Там я и найду карту Великих джунглей. – Она с надеждой посмотрела ему в глаза: – Как думаешь, сможешь помочь мне туда пробраться?

Джабир задумчиво потер подбородок.

– Это непросто, но… Думаю, я знаю, как попасть внутрь.

– Спасибо. – Она еще раз пожала руку Джабиру, а затем повернулась к спящей маме. Несколько секунд никто не говорил ни слова.

– Я выслежу его, Джабир. – Она не знала, говорит это для него или для себя, но все равно произносить это было приятно. – Я найду Шетани и притащу сюда, я верну нашу свободу.

Последние слова своего обещания она не произнесла вслух.

Или умру, пытаясь.

– Адия!

Я отвожу взгляд от обжигающего солнца и снова концентрируюсь. В паре метров от меня на храмовой поляне для спарринга стоит брат Лекан. Он сердито смотрит. Его серые дреды аккуратно уложены, а губы хмуро сжаты. Он выглядит вспотевшим, ему неуютно. Очень сомневаюсь, что тяжелые голубые балахоны, которые мастера и братья обязаны носить, хоть сколько-нибудь удобны во время жаркого сезона в Замани, но не рискую спрашивать. В руке у него деревянный шест-кайя – моя спина перенесла много неудачных столкновений с этой палкой, и я бы предпочла не добавлять к ним еще одно.

– Если ты предпочитаешь бездельничать и предаваться мечтаниям… – голос у старого мастера квакающий, как у старой лягушки-быка, – то я могу предложить провести демонстрацию кому-то еще…

– Нет! – Я тут же выпрямляюсь, расправив плечи и твердо поставив ноги так, как меня учили – воплощение хорошо обученной дараджи. – Нет, учитель, я готова.

Брат Лекан еще на секунду задерживает на мне пронзительный взгляд, а затем неохотно предлагает мне выступить вперед. На площадках для спарринга обычно много попечителей храма, пришедших с визитом: некоторые хотят помолиться, другие – посмотреть на наши тренировки, но сегодня площадки закрыты для посторонних, чтобы мы могли потренироваться в уединении. Какая жалость, на самом-то деле. Мне нравится аудитория.

– Не показушничай. – Брат Лекан передает мне короткий деревянный шест, который неопытному взгляду может показаться похожим на рукоять меча, только без клинка. – Продемонстрируй необходимое упражнение, и только его, Адия.