– Никакой Митя не лох, ясно?
– Кто же спорит, солнышко?
– А я – не солнышко, – отрезала Лариса.
Митя уже увидел их и торопливо сворачивал телефонный разговор, показывая жестами, что сейчас освободится.
–Леди, – поправился Гришин, улыбчиво глядя на нее, – вы ослышались. Я назвал Митю богом. Он красив как бог, верно? Именно это я сказал. Немножко обидно, да? Сами-то мы только до полубогов дотягиваем.
Вспыхнув, Лариса совершенно смешалась, как бывает, когда ляпнешь какую-нибудь бестактную глупость, а потом не знаешь, куда деваться от стыда. Ее выручил Митя, приблизившийся к ним легким пружинистым шагом. С Гришиным он поздоровался за руку, сидящих в машине поприветствовал общим взмахом руки.
–Получилось, – сообщил он, не слишком удачно скрывая радость, так и рвущуюся наружу. – Я боялся провод'a зацепить при снижении, так что пришлось отрабатывать прыжок выше и длиннее.
– Резонно, – согласился Гришин.
– Что там у кого длиннее? – подала голос девушка из ЗИЛа.
Все заржали, кроме Ларисы и Мити – тот лишь натянуто улыбнулся. И это сильно задело Ларису: Руслан никогда бы так не поступил. Если бы ему не было смешно, он не стал бы улыбаться, ни из вежливости, ни из расчета, ни из каких-либо еще соображений.
– Что надо, солнышко? – обронил Гришин, не поворачивая головы, после чего снова обратился к Мите: – Отлично! Тогда ориентируемся на воскресенье: на открытии автосалона будет сам мэр.
– Ага, – кивнул Митя, сосредоточенно слушая.
– Для него это должно стать такой же полной неожиданностью, как и для всех, так что секретность не отменяется, а совсем наоборот.
–Это понятно.
– Ты пролетаешь над ними как птица, – продолжал Гришин своим бархатистым баритоном. – Ориентировочно в одиннадцать, плюс-минус.
– Кто предупредит операторов? – уточнил Митя.
–Операторов?
– Прыжок будет сниматься, ты сам говорил. Для этого все и затевается.
– Ну да, – подтвердил Гришин, несколько удивленный тем, что кто-то растолковывает ему очевидные вещи, которые он и без того знает. – Реклама – двигатель торговли. Промоушен. Экшн. Ты прыгаешь, тебя снимают, а потом рекламируют салон под каким-нибудь лихим слоганом. Э-э… – Гришин задумчиво пошевелил губами. – «Успех достается смелым!» Или… «Желание превыше всего!»
– «Высокие устремления»… – подсказал парень из кабриолета.
– Викт'oр! – позвала девушка, делая манерное ударение на втором слоге. – Ты скоро, Викт'oр?
– Уже иду, – отозвался Гришин, глядя на Митю. – Пролетишь над входом – и не задерживайся, сразу уезжай. Ну, удачи.
– А задаток? – попытался выяснить Митя, машинально пожавший протянутую руку.
– Вся сумма – после шоу. Исполнил – получил. Вот, держи. Это визитка генерального директора салона.
–Захаров…
– Верно, Захаров. Читать умеем. – Гришин покровительственно похлопал Митю по плечу. – Позвонишь Захарову, договоритесь о встрече, и получишь свои денежки.
Черный лимузин призывно загудел, сипло и коротко. Бросив взгляд в сторону автомобиля, Митя спросил:
– Цена на ЗИЛ не изменится? Точно?
– За кого ты меня принимаешь? – обиделся Гришин. – С тебя пятьдесят штук – с меня ключи и документы. Все честно. Ни о чем не беспокойся, кроме прыжка: тебя будут снимать сразу с трех точек. Да, и в ближайшие дни мне не звони. Я в Лондон улетаю. Доводилось бывать там?
– Нет, – признался Митя.
– Ничего, у тебя все впереди. Удачи!
Еще раз пожав Митину руку, Гришин с разбегу запрыгнул в ЗИЛ, рванул с места, развернулся и покатил прочь, развесив по ветру серую вуаль пыли.
– Пока, – запоздало пробормотал Митя.
Вид у него был глупый и счастливый.
«Так все-таки: бог? Или лох?» – спросила себя Лариса.
Ранним утром Руслан вернулся в мастерскую, чтобы в последний раз осмотреть «кавасаки» и подрегулировать двигатель перед великим событием. Их мечта была близка к исполнению.
Занимаясь мотоциклом, Руслан то и дело обводил взглядом цех, прикидывая, что и как нужно будет здесь заменить. Трамплин он отвез в город затемно, оставив там Ларису, которой предстояло обклеить конструкцию рекламными плакатами, причем так, чтобы реклама не привлекала внимания. Учитывая присутствие именитых гостей, сотрудники полиции и спецслужб непременно обследуют прилегающую к салону территорию, но стоящий в сторонке трамплин не будет заметен. Яркие афиши сделают сооружение невидимым.
Прежде чем оставить Ларису одну, Руслан задержался на подножке грузовичка.
– Не боишься? – спросил он.
Лариса пожала плечами:
– Не очень. Скорее волнуюсь.
– Может, зря мы тебя втянули, а?
– Никто меня не втягивал, – запротестовала Лариса. – Я сама вызвалась. Нас ведь теперь трое. Как на том рисунке, помнишь?
Еще бы Руслан не помнил! И рисунок, и молнию-трещину на нем.
– Мне надо ехать, – сказал он.
– Поезжай, – тряхнула она волосами.
– Как-то… – Он помялся. – Получается, что я бросаю тебя. Одну.
– Глупости, – заверила его Лариса. – Не маленькая. Справлюсь. Поезжай и ни о чем не беспокойся.
– Ни о чем? – уточнил Руслан.
– Да. Вообще ни о чем!
– Хорошо. Надеюсь, нам сегодня повезет.
– Обязательно, – подтвердила Лариса.
Это обещание до сих пор звучало в ушах Руслана. «Обязательно». Это слово для него так много значило.
