Продержалась я недолго. К моменту, когда в Зале заседаний начали собираться гости, в голове царил хаос.
Не замечая, как суетились хозяева, как хлопотали над Мариной целители, как Павел колдовал над убийцей, я просто сидела, схватившись за голову, в самом дальнем углу большого помещения, стены которого были обделаны зеркалами. И дробящиеся отражения светильников в сотнях зеркал только добавляли головной боли.
Воспоминания крутились в голове, раз за разом повторяясь, но все же чаще всего мелькал странный светильник, со свечой внутри… да колыбельная, напеваемая ласковым и нежным голосом.
И так раз за разом, раз за разом…
Резкий хлопок ладонью по столу оборвал цепочку видений. Затих и гомон споров, фоном метавшийся по помещению.
Павел поднялся, резко выпуская шлейф силы. Тьма на миг облизала светлокожих гостей и мрачных хозяев. Хмыкнув, он снова уселся за стол, круглой черной кляксой торчащий посреди зала. Напротив расположился хозяин, взблеснув золотом магии. Начали рассаживаться и гости.
Мимолетно отметив наличие всех претендентов на трон Черномора, свиты и полукровок в форме, я выпрямилась. Взгляд блуждал, отслеживая видения, фигуры людей расплывались, только ауры разноцветными всполохами просвечивали сквозь сумрак кружащегося в лабиринте разума.
Марина сидела рядом и выглядела странно. Казалось, вся человеческая, магическая часть с нее слезла, как шкурка со змеи. Осталась только надменная сирин, замершая по правую руку Павла ледяной статуей.
Я сидела по левую, а бывший Одержимый испуганно озирался в дальнем углу под конвоем двух Пьющих кровь. Он был растерян и не понимал, что происходит. Более всего он напоминал опьяневшего подростка, пойманного родителями за распитием коллекционного коньяка. И ничуть не напоминал то потустороннее, пахнущее тьмой, гнилью и смертью нечто, вырвавшееся из-под контроля…
Хм… а мог ли он призвать демона в первый раз сам?
Эта мысль меня захватила, отчего я пропустила начало заседания, пытаясь рассчитать количество силы, необходимое для изначального вызова твари.
Это славно отвлекало от творящейся в разуме жути…
Итак. Парнишка – человек. Я аккуратно попыталась взять его след. Поморщилась от боли, кольнувшей в виски. Чистая кровь, запах со вкусом горькой соли и ветра, белого мела и прогретого солнцем песка. Хм… Свертхальде? Теоретически племянник занимавшего трон Черномора мертвеца может им быть. И магом он тоже может быть. Сильным. Когда вырастет. А вот родственником моей русалки, сейчас безо всяких приставок полу? Чем-то они похожи… Если учесть, что в крови русалки есть и человеческая магия, то… Все может быть.
Но, счастье человеческое, сейчас это не мое дело! Контракт заключал Павел. Ему и разбираться.
Вот только Марина… русалка моя.
Посмотрим.
И только.
Сил на большее просто не было.
Присутствующие, наконец, расселись. И началось.
– Все понимают, для чего мы здесь собрались? – хозяин, вкрадчивый вампир – природник.
– Да! – отозвался сирин. Незнакомый. – Чтобы раз и навсегда прикончить эту сволочь!
На меня из-за спины дохнуло таким непониманием и ужасом, что я передернулась. Мальчишка ничего не понимал. А от прочих тянуло такой горячей ненавистью… Меня будто гидравлическим прессом приложило, и начало сдавливать, прижимая к стене, выдавливая мысли из головы как сок из спелого помидора.
Слова опять слились в неразборчивое гудение. Кто-то что требовал, кто-то кого-то в чем-то обвинял…
Я, схватившись за голову, уперлась локтями в стол и прикрыла глаза. Встрепанные волосы прикрыли лицо. Ох, как же мне плохо-то…
– Говорить будет Одинокий Охотник, – голос хозяина ворвался в мысли освежающей струей.
– Именно, – Павел совсем рядом, одна рука осторожно касается моего колена. Под столешницей не видно, но так приятно… – господа. Именно. Говорить буду я, а вы – платить по счетам. Благо есть кому. Это – пострадавшая, а это, – вампир ощутимо толкнул меня в бок, – свидетель.
Вскинув голову, обвела всех мутным взглядом, прищурилась и выразительно провела когтями по столу, снимая черную стружку. Привычное действо взбодрило. Кое-кого от пронзительного взвизга пластиковой столешницы передернуло.
А Павел принялся неторопливо излагать свое видение произошедшего. Под его мерный голос я вновь погрузилась в хаос воспоминаний. И вынырнула только от еще одного ощутимого толчка.
– Вы свидетельствуете, что именно этот человек был Одержимым? – кривясь, спросил глава Азовского анклава. Он выглядел очень устало, смуглая кожа посерела, а глаза буквально выцвели, потеряв живой блеск.
Коротко кивнула.
– Тогда я ходатайствую о казни.
– Не спешите, – протянул кто-то из вампиров. – Мальчишка не в себе.
– И он ничего не помнит…
– И ничего не понимает, – заметил Павел.
– Но он все равно – убийца! – рявкнул Кирилл Сергеевич.
– В данный момент это просто несовершеннолетний подросток, – заметил незнакомый альв.
– Но кто может подтвердить?! – Почти взвизгнул сирин.
Его приструнил другой глава, Роман Тернов. Он уже не выглядел столь отутюженным. Изрядно помятый мужчина аккуратно придерживал перебинтованную руку, сквозь повязку проступали пятна крови.
