Охотничий билет без права охоты полностью

«Функциональность таксы для охотника и ее добычливость основываются на том, что она всегда готова вступить в короткую схватку со зверем, но в то же время избегает серьезных укусов с его стороны. „Фехтовальщик“ – так метко окрестили таксу. Любой подходящий момент она использует, чтобы прихватить зверя, пригнуться, увернуться, чуть отступить, а потом вновь, уловив момент, дать хватку. Это одно из проявлений ЗЛОБЫ.

Трусливые собаки мало жизнеспособны. Но то же самое относится и к тем собакам, которые не знают (и жизненный опыт их тому не учит) своих физических возможностей, горько расплачиваясь за свою безудержность. Такса наделена смелостью атаки, проворна в работе, обладает отличной реакцией. Она – злобная собака, но умеет пользоваться своей злобой расчетливо. Это – МАСТЕРСТВО таксы».

Я победно обвела взглядом редких пассажиров утренней загородной электрички. Эх, знали бы они, что едут в одном вагоне с обладательницей такого сокровища!

Таксы обдумывают команды! Поскольку привыкли работать в норе, без подсказки хозяина. Таксу невозможно заставить делать то, что она считает глупым и лишним. Да! Это собака поистине умнейшая в природе!

…А в это время.

«Да, – подумал Немчук, перехвативший этот торжествующий взгляд Звонаревой, – так смотреть может только человек, победивший – ввиду явного преимущества».

Немчук вновь надвинул кепку на глаза и притворился уставшим пассажиром, которому ни до кого, ни до чего. Он вел Звонареву непосредственно от ее подъезда, при этом довольно ухмылялся: «Кто сегодня на вахте? Леня Барабаш, кажется. Классно законспирировался – не видно его, не слышно. Надо парню объявить благодарность за отличную работу». Периодически Немчук заговорчески подмигивал то старушке в платке, то мужичонке-рыбачку в шапке-ушанке. Но, судя по тому, что те недоуменно шарахались от него – под их личинами прятался не Барабаш.

Я сошла с электрички. Долго ждала автобуса. Сегодня был день дежурства топтуна Лени Барабаша. В эти дежурства Леня, пользуясь случаем, следил за чьими-то мужьями и женами – подрабатывал в Ириной фирме «Чистая вода», а я потом писала за него отчеты о собственных передвижениях и переправляла их по мылу Ирине. Надо сказать, само по себе наличие слежки не лишало меня душевного равновесия. Ну, следят и следят. Само по себе это даже как-то дисциплинирует. Всегда приходится быть подтянутой, накрашенной… Но все же я не актриса, не Поли какая-нибудь, чтобы все время быть в центре внимания, да еще и кайфовать от этого. И вот сегодня можно немножко расслабиться – смешно было бы ехать на сбор хвороста расфуфыренной.

Серый день, грязный снег. От этой безрадостной картины, усугубленной вынужденно долгим ее созерцанием, настроение портилось.

…А в это время.

Немчук, прислонившись к киоску «Пиво-воды», внимательно вглядывался в то, что происходило на автобусной остановке. Так и есть. Не просто Звонарева мотается на эту дурацкую притравку. У нее здесь постоянные контакты, конспиративные встречи. Тоже мне, Мата Хари. Не могла лучшего места придумать. Понятно, что в лесу удобно вести деловые разговоры, их в лесу подслушать трудно. Да только кто ж тебе поверит, дорогая, что ты сюда ездишь, чтобы собачку свою на лису притравить? Думаешь, что все такие идиоты вокруг? Зачем твоей собачке лиса? Ей бы с дивана не слезать, а ты ее по бездорожью прешь за тридевять земель. А сегодня и вовсе без пса прилетела. Да, дорогая, промашечка вышла. В наше время никто попусту время не тратит на такие экологические нежности.