Еще через несколько минут он тычет пальцем в темноту.
– Они всюду!
– Луговая рута тоже, – подхватывает Эмбер.
– Знаю. Мы пока осматриваемся. Вы же уже их различаете?
Оба согласно кивают.
– Теперь мы добавим еще один вид. – Я указываю на светлую траву с крошечными белыми цветочками. – Называется смешно: медвежья трава. Увидите еще такую, зовите меня.
– А приз будет? – смеется Девон.
– Там видно будет. Надо проверить догадку.
Следующие полчаса мы выкрикиваем названия найденных растений.
– Пузыреплодник! Медвежья трава! – кричит Эмбер.
Я направляюсь к ней, к дереву с толстыми корнями.
– Ищи дальше.
Я спускаюсь ниже, в ложбинку по ту сторону от дороги.
Мы не теряем друг друга из виду. Крики звучат реже. Я решаю подождать еще немного.
– Пузыреплодник, медвежья трава и луговая рута! Фулл-хаус! – радуется Девон. – Я вас раскусил: вы хотите, чтобы мы внимательно смотрели на землю.
Я бросаюсь к нему.
– Нет, фокус как раз в том, чтобы найти все три вида вместе.
И вот он нашел такое место. Девон стоит на полянке под крутым холмом. Сам холм голый, с торчащими из земли камнями.
Это отличное место, налицо эрозия почвы. Что бы тут ни зарыли, с каждым дождем оно будет уходит глубже под землю.
К нам подходит Эмбер.
– Эти цветочки растут над мертвецами? – спрашивает она, не скрывая страха.
– Не скажу, что закопанное тело способствует росту тех или иных растений. Но оно быстро разлагается и служит удобрением для тех из них, корни которых расположены близко к поверхности. Сработает ли это, если могила глубокая, – сомневаюсь. Но это, конечно, совсем не моя специальность…
Девон раздвигает ногой листья.
– Не пойму. Что вы ищете?
– Признаки чьего-то присутствия. Того, что кто-то копал землю.
– Эти растения здесь всюду. – Девон тянет за стебель медвежью траву.
– Правильно. Но много ли вот таких мест, где растут сразу три?
– Нет.
– А почему? – Я осматриваю землю в поисках чего-нибудь необычного. – Вернее, почему они не растут вместе в других местах?
– Не любят они друг друга, вот почему, – предполагает Эмбер.
– В точку! Эти растения вырабатывают гербициды, убивающие конкурирующие виды. Но для победы нужно много времени. Разрывая почву, вспахивая ее, вы создаете равные условия для любых семян.
Девону не терпится добраться до сути.
– Так что у нас здесь?
– Возможно, ничего. Это так, теория.
– Давайте проверим. У вас есть лопата?
Если честно, копать в мои планы не входило.
– Не знаю, стоит ли… – От мысли, что Челси может быть у меня под ногами, мне становится не по себе.
– Ну а как? – вмешивается Эмбер. – Поехать в полицию и сообщить, что мы набрели на миленькие цветочки? Лучше прям сейчас по домам тогда.
– Дайте ключи, я схожу за лопатой, – вызывается Девон.
Я отдаю их без долгих раздумий.
Вскарабкавшись на холм, он кричит:
– Увидимся, придурок!
Я вздрагиваю, а он все продолжает подкалывать.
– Если вы двое что-то там планировали, то поторопитесь!
– Какой мудак, – ворчит Эмбер, глядя себе под ноги.
Кажется, она размышляет, здесь ли кто-то закопал ее подругу. Девон ведет себя как скотина, потому что нервничает. Для Эмбер эта находка стала бы доказательством ее правоты. Печальным оправданием. Ее называли лгуньей, и она не уверена, что безосновательно. Вдруг Челси сбежала и в этот самый момент где-то веселится?
Но если Эмбер права… если я прав… то труп Челси гниет у нас под ногами.
Я чувствую прикосновение ее плеча к моему и неуклюже кладу на него руку. Не знаю, что сказать.
– Мне жаль, что вы потеряли подругу, – бормочет она, думая, наверное, и о собственной утрате.
– Мне тоже. Жаль, что я не знал ее лучше…
– Что вы медлите-то. Или уже отстрелялись? – раздается голос Девона, спешащего к нам с лопатой на плече.
Увидев в глазах Эмбер слезы, он замолкает.
– Здесь? – спрашивает он, указывая на землю.
Мы отходим.
– Да, место не хуже любого другого. Глубина – примерно метр. Может, придется копать в нескольких местах.
Он убирает слой дерна, выдергивает растения. Я изучаю почву, пытаясь понять, копали ли здесь до нас. Девон отбрасывает первую лопату земли. Я беру горсть и разгребаю пальцем, ища подсказку. Это может занять вечность. Он перестает копать.
– Тебя сменить? – предлагаю я.
Девон не отвечает, что странно. Он что-то разглядывает. Эмбер подходит к нему сзади и вдруг обнимает за талию. Хватило всего три взмаха лопатой на первом же взятом наугад месте. Мы смотрим на грязное, но все равно сохранившее яркую синеву пальто. Эмбер утыкается лбом Девону в плечо. Он закрывает ладонью рот, качает головой.
– Дерьмо!.. Черт!
Не уверен, кто из нас это сказал, но знаю, что мы все так думаем.
Я напоминаю себе, что мы смотрим просто на клочок синей ткани. Мы не знаем, что это пальто, не говоря уже о том, что это Челси.
– Это она? – спрашивает Эмбер, как будто мы с Девоном знаем ответ.
