— Будь я на твоем месте, Миляга Джим, — произносит он, — а мне сплошь радость, что я не на нем, но предположим. Первым делом я б втолковал Джонни Редди, что им с его деловым партнером лучше б седлать коней и валить из города. — Взгляд у него кратко и не меняя выражения скользит по битому лицу Кела. — Если б это вразумленье не дошло, я б молвил словечко на ухо тому, у кого огневая мощь чуток поболе. А следом я поболтал бы с ребенком. Прояснил для нее то-се. Велел не отсвечивать, пока все тут не уляжется. И, ради Христа, не творить больше никаких глупостей.
— И ничего говенного она ни от кого не огребет.
— Ай боже, нет. Ни вреда, ни ущерба. Как я и сказал, что Джонни такой, она не виновата. — Март улыбается Келу. — Что до нас, парнишка, она — твоя малая, кто б там ее ни заделал. Пока ты на хорошем счету, на хорошем счету и она.
Кел говорит:
— Со слов миссис Дугган, никаких слухов о золоте в этих местах никогда не ходило. Пока Джонни Редди их с собой не принес.
Это застает Марта врасплох. Брови у него взлетают на лоб, он вперяется в Кела, а через миг принимается хохотать.
— Димфна Дугган, — произносит он. — Иисус, Мария и все святые в календаре, надо было мне учесть, что ей есть что добавить. Грызу локти, ой грызу, что вперед тебя про нее не вспомнил. Сам я с ней потолковать не смог бы — она меня на дух не выносит, — но надо было б кого-то подговорить, хотя толку, скорее всего, не вышло б: ей смотреть на потеху куда веселей, чем что угодно из того, что вахлачье могло б ей посулить. Но ради любови господней, братец, скажи, пока я от любопытства не помер: как ты это из нее выхарил? Димфна разведданные такого калибра отродясь никому по доброте душевной не отгружала — ей взамен какой-то качественный материал подавай. Что ты ей предложил?
— Секрет фирмы, — говорит Кел. Думает о Лене, о том, как она ждала его на заднем крыльце, и о глухом гуле напряжения, какой от нее исходил. Он всегда знал и без труда принимал, что есть у Лены пространства, куда она никого, включая самого Кела, не приглашает. От мысли о том, что она оголила перед миссис Дугган что-то эдакое, ему становится жаль, что он не отделал Джонни потщательнее.
Март глазеет на него оценивающе.
— Вот что скажу, — произносит он, — не думаю я, чтоб у тебя нашлось хоть что-то такое, что ей по нраву. Она жуть какая привередливая, Димфна-то. Есть то-се, чего тебе хватило б ума ей не предлагать, а что еще могло б пощекотать ей вкусовые сосочки, я не вижу.
— А все потому, что ты считаешь меня предсказуемым, — говорит Кел. — Это не значит, что все думают так же.
— А вот Лена Дунн, — задумчиво продолжает Март, не обращая на Кела внимания. — Твоя Лена. Она женщина загадочная — или уж насколько у нас тут оно возможно. Я б решил, у нее могло б найтись то, от чего у Дифмны Дугган слюнки потекут, это да, — если б Лене того хотелось достаточно крепко.
Кел скатывает из надерганных из Драча репьев шар и швыряет его в кусты.
— Беги, — говорит он, хлопая Драча по боку. — Кыш. — Драч убегает искать Коджака.
— Что ж, — говорит Март, — как бы оно там ни было, но если Димфна утверждает, что вся эта байка — говна мешок, значит, говна мешок она и есть. Должен признать, я чуток доволен собою. Херню тут я унюхал с самого начала. Приятно знать, что чутье все еще в рабочем состоянии.
— Джонни должен Рашборо денег, — говорит Кел. — И кента этого боится. Вот почему не хочет сваливать.
— Да неужели, — говорит Март. — У этого жучка-навозника сроду не было даже того соображенья, какое Бог ослу послал. Тут надо чуток поразмыслить, Миляга Джим. Если выдать это тяп-ляп, священная война начнется, а нам такого не надо. Я к тебе с этим еще вернусь. А ты пока обожди.
Высвистывает Коджака, тот ловко разворачивается на бегу и летит через поле, Драч за ним следом, но далеко позади, радостно плеща ушами. Март смотрит, как волнуются вокруг них залитые солнцем травы.
— Если оно тебе интересно, приятель, ты сейчас правильный выбор сделал. Впрок твоей Терезе. Никто тут не хочет ребенку никаких напрягов. Нам важно знать, что она в хороших руках и воспитывают ее правильно. Может, и была в ней какая шаткость, так оно ж естественно — с этим-то идиётом, кто приперся сюда нежданно-негаданно. Ей только и надо, что обратно в нужное русло, и все у ней будет шик. Потолкуй с ней.
— Так и сделаю, — говорит Кел. Ужас в нем чуть поумерил ход. Март — человек до мозга костей практичный. За ним не заржавеет нанести ущерб, если есть такая необходимость, однако расходовать силы, чтобы покарать или отомстить, ему ни к чему. Если Кел приструнит Трей, ей ничто не будет угрожать. Когда ему это удастся и удастся ли вообще, Кел не представляет.
— Мы с тобой, — говорит Март, внезапно одаряя Кела коварной улыбкой, — мы это все уладим в единый миг. Одна голова хорошо, а две куда лучше, братец.
— Извещай, — говорит Кел.
