Посох коснулся кристаллом лба предателя и тот завопил от страшной боли, разрывая спокойствие ночного леса. Он корчился и кричал, но не мог сдвинуться с места. Постепенно его кожа начала бледнеть и, в конце концов, он превратился в камень, точнее в статую, которая так и застыла, корчась в мучениях.
- Позвольте исцелить вашу рану, - настаивал охотник.
- Не получится, - вздохнул Хаград. - В кинжале какая-то странная энергия, которую лучше не провоцировать, чем-то напоминает Мрак. Он не задел что-либо важного, только немного распорол жизненный контур. Видимо его рука всё же дрогнула, когда он попытался убить меня, иначе я просто не могу представить, почему опытный охотник промахнулся. А сейчас нужно готовиться к встрече с орками.
Харгад снял защиту и начал прощупывать лес своей внутренней энергией. Из листвы соседнего дуба вылетел филин и аккуратно сел ему на руку, при этом, даже не разорвав мантию своими острыми когтями. Воин посмотрел в светящиеся глаза птицы и увидел орков, которые пробираются через лес. Он прекрасно знал те места, так что уже представлял, как устроить тварям тёплый приём. Филин взмахнул крыльями и исчез во тьме ночного леса. Кинжал причинял изрядную боль, но Харгад знал, что если вытащить его, то он в течение десятка минут умрёт от кровопотери, поэтому приходилось терпеть. Небольшая группа охотников отправилась встречать отряд из двух дюжин орков и шамана. Подготовка ловушек заняла минут пятнадцать, а орки шумели так, что их было слышно за километр.
- Они и мёртвого таким топотом разбудят, - сказал один из охотников.
- Этот лес необычный, он помогает нам, так что не питайте иллюзий, все эти орки опытные бойцы, наверняка элита Кровавого Топора, - возразил другой.
Долгие двадцать минут пришлось ждать. Минуты тянулись словно дни, но вот показался один, потом второй и третий орк. Шли они, и правда, очень умело, но каждый едва слышный ими шорох превращался в звон для охотников. Один из отряда тварей наступил на магическую ловушку и вспыхнул словно факел, орки сразу же рассредоточились и двое угодили в яму с шипами, а капкан отрубил ногу ещё одному. Шаман сразу же убил их, чтобы они не вопили. С’шан’хаал был очень высок и весьма молод для шамана, на нём был серый балахон с чёрными ромбиками по краям, двенадцать черепов крепились вокруг пояса, а на шее висело не меньше пяти амулетов. Он вышел вперёд и крикнул на человеческом языке:
- Выходи Харгад, не трать моё время, всё равно помрёшь, - орки поддержали его ревом и оскаленными клыками.
- Уж лучше вы к нам, - весело ответил, глава гильдии, чем сильно напугал охотников.
Все знали, что когда Харгад Мрачный во время битвы превращается в Харгада Радостного, то будет очень страшная бойня.
- Наш хозяин говорил, что ты упрямый как стадо...
- Орков, - перебил его один из охотников.
Шаман явно был недоволен тем, что его перебили, и не скрывал перед охотниками своей злости.
- Ослов, - закончил свою фразу орк. - А вы презренные людишки, которые выжили благодаря вашему лидеру, должны молчать и ждать своей смерти. Она за вами придёт уже очень скоро, - шаман оскалил клыки в усмешке.
- Ну и рожа у тебя, - брезгливо поморщился один из охотников. - Так и просит дать по ней булыжничком.
Шаман разозлился не на шутку и молнии превратили в щепки несколько деревьев стоящих рядом с наглецом.
- Я опустился до разговора с такими ничтожествами, только потому, что мне приказал хозяин.
- Откуда столько высокомерия у слуги? - спросил Харгад. - Не желаю говорить со слугой, зови своего... хозяина.
- Ничтожная тварь, убить!!!
