Из отделения ФБР в Омахе позвонил агент, сразу взявший быка за рога:
— Я по поводу отпечатков, отправленных вами в Вашингтон…
— Что, они есть в картотеке?
Но агенты ФБР не отвечают на вопросы, они задают их сами:
— Послушайте, капитан, как они к вам попали?
У Янгера похолодело между лопаток… Вон оно что! Стало быть, Шардин секретный агент, а он, Янгер, чуть было не "засветил" его в своем идиотском расследовательском рвении…
Но, с другой стороны, Шардину уже за семьдесят, да и какой из него, к шутам собачьим, секретный агент? И чего бы матерому шпиону и разведчику делать в Сагаморе? Разве что разведывать, как на колбасной фабрике изготовляют колбасы?
Собеседник на том конце провода подождал и нетерпеливо осведомился:
— Капитан, вы не заснули там? Где взяли отпечатки?
— А? Да, да, это, знаете, здесь на прошлой неделе забрались в винный магазин, мы сняли оставленные всюду отпечатки пальцев, но они не совпадают…
— Очень странно, — перебил его фэбээрщик, — он — и грабеж винного магазина?.. Да, вот бы не подумал…
— Кто, кто он, тот, чьи отпечатки я отправил? — Янгер так сжал телефонную трубку, что сперва побелели, потом налились свинцовой синевой суставы пальцев.
— Это Джо Шир. Только я…
— Продиктуйте по буквам, плохо слышно!.. Агент нехотя продиктовал, с досадой заметив:
— Странно, что он появился, мы думали, он давно мертв…
— Он в возрасте?
— Да, ему за семьдесят.
— А что на нем висит?
— Ограбления банков. Четыре ордера на арест — последний выдан нашей конторой в пятьдесят третьем… Да, видно, не шикарные у него дела, коли взялся за винные магазины… Я их немало наблюдал в своей практике — этих зубров, и к старости они, бывает, опускаются до мелкого разбоя…
— Да, публика та еще… — осуждающе заметил Янгер. — А где, говорите, он оставил пальцы в пятьдесят третьем?
— В Кливленде… Вам перешлют из штата всю информацию.
— Громадное спасибо за звонок, — прочувствованно сказал Янгер.
— Если вдруг его задержите, звоните нам, — небрежно сказал агент, абсолютно не веря, что капитан из захолустья может выйти на такую крупную дичь.
— Обязательно! — горячо сказал Янгер. Но трубку на том конце провода уже опустили.
Янгер задумался. По идее, он должен был минуту назад сказать своему невидимому собеседнику следующее:
— Постойте, мне известно, где скрывается Джо Шир! Срочно вылетайте сюда, а я арестую его, надену наручники, поставлю охрану, и подержу так до вашего появления…
Вот как он обязан был сказать, но только почему-то смолчал.
Да, началось все с любительского, дилетантского уголовного розыска, но вот он узнал, что напал на след матерого грабителя… и что же? Он не только не арестовал его, но зачем-то сочинил сказку про винный магазин… Зачем?
Он уже прекрасно знал зачем.
Как в море акула издалека чует вытекающую из чьей-то раны кровь, так Янгер, сначала бессознательно, потом вполне определенно уловил самый притягательный для него в мире аромат — запах денег…
Там, у этого старикана, запасено, поди, не на одного такого, как Янгер. Тряхнуть его как следует — от этого Шир… Шардина не амулет, а капитану хватит по гроб жизни. А то — пенсия, пенсия… Кошке под хвост она пошла бы, эта хваленая пенсия по сравнению с такими громадными деньжищами… Да, там деньги. Их немыслимое количество. Он не знал даже примерно — сколько.
Но мог спросить.
Итак, свершилось! Пропели невидимые серебряные трубы и ему, бывшему сагаморскому простофиле, рыхлому от грубой и бедной еды…
Он глубоко надвинул ковбойскую шляпу и двинулся к дому человека, известного ФБР как Джо Шир.
Янгер явился в игрушечный домик с широкой улыбкой:
— Добрый день, мистер Шардин. А я к вам с проверкой, такая наша занудная служба…
Старик стоял в полосе заходящего света, одетый в линялую ковбойку с закатанными рукавами и парусиновые штаны. Он был неприятно поражен бесцеремонностью вторжения и раздосадованно спросил:
— Что это значит? Какая еще проверка? Кто вы такой?
— Ох, простите, не представился. Капитан сагаморской полиции Эбнер Янгер.
Старик выжидательно замер у двери, вовсе не собираясь закрывать ее, хотя незваный гость развязно болтал уже в коридорчике.
Взгляд Шардина был тверд и насторожен. Он выглядел весьма неплохо для своего возраста: высокий, выше Янгера, подтянутый, худощавый, морщинистое лицо покрывал коричневый загар, так же сильно загорели по локоть и его жилистые руки. Он, вероятно, проводил много времени на свежем воздухе, две трети года копаясь в саду и на грядках участка; зубы у него были, судя по цвету, свои собственные, а пепельно-серые волосы выгорели на солнце, в них виднелись совсем светлые пряди.
Янгер, между тем, уже направлялся в гостиную, на ходу удовлетворенно кивая головой. Старику ничего не оставалось, как последовать за ним.
Янгер, окинув гостиную взором, обернулся к Шардину, не переставая поощрительно улыбаться:
— Славно, славно вы устроились, мистер Шардин… Уютно и со вкусом… Прежний домовладелец был Хайт?
— Да, дом куплен у наследников Хайта, — сухо подтвердил старик. — Но что вам угодно, капитан?
Янгер сделал вид, что не слышит недружелюбного тона.
