Артём дрогнул, осознав, что при передаче магии «Тьмы», перешла и часть разума «Первородного» вампира. Он словно надзиратель и учитель, но это не настоящий Герман, а лишь его маленькая часть сознания.
Охотник протянул руку и забрал с когтей Вампира пленённую белую нить. Артём почувствовал неописуемый жар и новый поток маны, который мгновенно раскрылся в его теле. Началось истинное пробуждение силы «Тьмы»…
Поглощая силу «Десницы» внутри молодой девушки, Альбеда наслаждалась своим превосходством. Ещё никогда в жизни она не чувствовала себя так хорошо. Она смогла обыграть и уничтожить того, кого мама сказала — опасаться. Альбеда всегда делает то, что захочет. Её сестры удит за ней, не смотря на приказы Матери. Они чувствуют в сестре самого настоящего — Лидера. Да и к тому же, Альбеда была рождена первой — самая древняя из всех сестёр. Рождённая от человека, кто заключил контракт с «Безымянным» Богом, получив силу «льда», что и перешла в тело Альбеды как дар от отца. Она сильнейшая среди сестёр. Самая мудрая, и самая безумная, идущая своим путём, но всегда стоящая рядом с Матерью как любящая дочь.
Альбеда поглотила половину от «Десницы», ещё чуть — чуть, и всё закончиться. Она убьёт девушку, а следом Артёма Феникса. Первая дочь принесёт тело убитого врага к ногам матери, и та возрадуется данной новости.
В Альбеду ударил поток жуткой, холодной силы. Душа вмиг покрылась тьмой и отчаяньем. Мерзкая змеиная улыбка исчезла, а золотой свет «Десницы» перестал выкачиваться из тела девушки. Первая дочь отпустила шею пленницы, и та рухнула на потрескавшийся асфальт.
В глазах появилось серое помутнение. Альбеда протёрла очи, не веря в то, что происходит в паре метров от неё. Сёстры тоже почувствовали пугающею, давящею на душу, неописуемую силу.
Охотник сидит на коленях, опустив вниз лицо. Он не двигается. Но вот его тело испускает тёмные фантомные копии, словно он сейчас поделиться на пять частей. У дочерей Неги завибрировала чешуя, ловя потоки чудовищной концентрации маны. Но, такого быть не может. Альбеда и её сестры излучают анти — магию. Не так хорошо как их мать, но вместе… они способны обесточить целый город магов. Тогда почему от этого человека веет потоком маны?! Да причём таким, что воздух искажается и становиться острым, когда его вдыхаешь.
Из тела Артёма, яркой молниеносной вспышкой, скрыв его тело полностью, вышла чёрная густая мана. Охотника окружил столб мрака, что ушёл бесконечным лучом к просторам космоса. Звёзды начали гаснуть одна за другой, луна теряла свой белый благородный свет, становясь едко черной и сливаясь с небесной тьмой. Огонь, что укутал каждый дом в городе, стал черного оттенка. По всему поселению растянулась загадочная тьма. Она въелась в глаза, пожрав реальность каждого живого существа.
Альбеда застыла на месте. Она ничего не чувствует и ничего не видит. Всё пожрала тьма. Весь город по щелчку пальцев погрузился в непроглядный мрак. Исчезли звуки, запах, и исчезло само восприятие мира.
И вдруг, во тьме раздался жуткий хохот. С каждой секундой смех становился громче, пока и вовсе не превратился в истерические возгласы. Что — то прячется в этом бесконечном мире мрака. Женщина чувствует на себе звериный взгляд. Появились фантомные боли, словно в её тело вонзились острые зубы и начали разрывать на части её плоть и кости. Она никогда в жизни не чувствовала подобного страха. Из глаз «Первой дочери» покатились слёзы, а нижняя челюсть задрожала. Это произошло непроизвольно. Тело само реагирует на обстановку вокруг.
Змеиная кожа ощутила плотный, холодный ветер… но на самом деле тьма обрела осязаемую форму и сгущалась в одной точке. Её кто — то впитывает, поглощает так жадно, словно существо не ело столетиями.
Мир начал возвращать краски привычного бытия. Вся тьма была поглощена один существом. Казалась, исчезли даже тени.
Впервые в жизни Альбедо и её сёстры испытали неконтролируемый страх. Их лица исказились от ужаса. Конечности кнуты, что мгновения назад сдерживали пленника, оторваны по локоть. А если быть точнее, раны такие, словно их кто — то откусил, причем прожевав несколько раз плоть, отчего рана у каждой сестры выглядит рваной и неотёсанной.
Мир покрылся слоем пустой тишины, и лишь звонкий, дьявольский смех, не давал разуму Сестёр опустеть и исчезнуть. Хохот казался вездесущим, проникал в душу и заставлял живое существо содрогаться от страха.
В мыслях Альбеды возник разговор с матерью. Точнее, её наставления для всех сестёр:
— Монстр… — прошептала Альбеда, а её вертикальные зрачки дрогнули.
