По его прикидкам, приличное равновесие между подчиненным и гражданским он выдержал. А еще, по прикидкам же, Нилон это замечает и анализирует.
— Классно, — говорит Нилон, кивая своему коллеге. — Все чин чином. И дальше вы оставались на месте преступления, пока не приехали оперативники?
— Ага. В нескольких ярдах, у моей машины.
— Видели ли вы кого-то еще, пока там были?
— Мимо прошел отец Трей. Джонни Редди.
Нилон вскидывает брови.
— Ах ты ж, вот так узнать-то, что у тебя друг погиб. Все нормально с ним было?
— Вид у него был довольно-таки потрясенный, — говорит Кел. Трей кивает.
— Он с вами не остался?
— Он направлялся вверх, в гору.
— Нам надо будет с ним потолковать, — говорит Нилон. — Он сказал, куда идет?
— Не упоминал, — говорит Кел.
— А, ну конечно, в такой деревне мы на него так или иначе все равно наткнемся, — легко соглашается Нилон. Выхлебывает остаток чая и отодвигает стул от стола, поглядывая на опера и тем давая ему понять, что дело сделано. — Ну хорошо; у нас могут возникнуть по ходу еще вопросы, и вам нужно будет явиться в участок и подписать показания, но, я б решил, уже есть с чем работать. Спасибо за чай и за уделенное время. — Он поддергивает брюки, чтоб легли ему под пузом уютной дугой. — Не проводите ли меня до машины, мистер Хупер, вдруг мне еще что придет в голову спросить у вас?
Вот сейчас Кел никаких тет-а-тетов с Нилоном не хочет, пока не успел заново собраться с мыслями.
— С удовольствием, — вставая, говорит он. Трей начинает убирать со стола, проворная и ловкая, как официантка.
На улице жара нарастает.
— Иди к машине, — говорит Нилон оперативнику. — Покурить хочу, сил нет.
Оперативник топает дальше. Со спины он на вид рохля.
Нилон вытаскивает из кармана пачку «Мальборо» и протягивает Келу, тот качает головой.
— Молодец, — говорит Нилон. — Мне бросать надо, хозяйка вечно мне устраивает, но сам себя не обманешь. — Прикуривает и затягивается глубоко, благодарно. — Вы эту девчонку хорошо знаете?
— Довольно-таки, — говорит Кел. — Весной было два года, как я здесь, столярничаю помаленьку, и она мне почти все это время помогает, когда позволяет учеба. У малой к этому дар, она примеривается, не заняться ли этим вообще, когда окончит школу.
— Считаете, надежная?
— Мне она такой всю дорогу кажется, — говорит Кел, обдумав вопрос. — Она хороший ребенок. Толковая, работает много, на плечах голова крепкая.
Он бы с радостью сказал, что Трей врет как сивый мерин, но такого выбора у Кела нет. Независимо от того, что еще найдет или не найдет Нилон, у него есть один человек, прямиком признавший, что был на горе именно тогда и там, когда и где Рашборо бросили. Если ее рассказ — выдумка, тогда, с точки зрения Нилона, раз уж ему повезло слыхом не слыхивать о Брендане Редди, она либо кого-то прикрывает, либо прикрывает себя. Келу неясно, продумала ли Трей последствия того, что делает, и понимает ли она их — или ей насрать.
— Не из таких ли она, скажем так, кто воображает всякое? — спрашивает Нилон. — Или выдумывает ради драматизма, например? Или хотя б чуток, может, приукрашивает по краям?
Смех Келу даже не приходится изображать.
— Да какое там. У малой на это времени нет. Самое захватывающее, что я от нее слышал, — как ее учитель по математике в кого-то учебником швырнул. И всех подробностей мне досталось вот столько: «Мистер Как-его-там кинул книжкой в того малого, потому что малой его взбесил, но промахнулся». Драма — это не ее.
— Ну, тогда классно, — говорит Нилон, улыбаясь Келу. — Как раз такого свидетеля нам и надо, верно? Она мне благословение. В таких местах, на задворках глухомани, обычно с гардами никто не разговаривает, даже если это вопрос жизни и смерти.
— Малая ко мне привыкла, — говорит Кел. — Может, дело в этом.
Нилон кивает, с виду удовлетворенно.
— А еще вот что скажите: на попятный она не пойдет, а? Или, если в суде придется выступать, струсит?
— На попятный не пойдет, — говорит Кел.
— Даже если мы в кого-то из ее соседей упремся?
— Ага, — говорит Кел. — Даже если.
Брови у Нилона взлетают.
— Ай да молодец. — Вскидывает голову, дым выдувает в небо, подальше от Кела. — А что там насчет говоров? Это она правду сказала, можно отличить эту округу от соседней?
— Есть такое мнение тут, — отвечает Кел. — Сам я разницы не слышу, но вот мой сосед утверждает, будто у людей за рекой речь такая, будто ослы блеют, то есть он различает.
— В таких местах, как это, оно все еще, видимо, встречается, — говорит Нилон. — У людей постарше, во всяком случае. В тех местах, откуда я родом, дети, клянусь, нахер, общаются так, будто только что с самолета из Л.-А. Хоть вот эта девица разговаривает как ирландка. — Кивает на дом и Трей. — Ее батя, как его там, Джонни? С ним что за тема?
— Я с ним общался всего несколько раз, — говорит Кел. — Он в Лондоне был еще до того, как я сюда приехал, и вот только вернулся пару недель назад. От местных, кто его раньше знал, вы больше услышите.
