- Меня не увидят, - успокоил его Финн, - жди меня здесь и не вставай.
Он скользнул в сторону, бесшумно, как падающий лист, и исчез среди деревьев. Медведь вздохнул и снова начал смотреть на дальний холм. Вспышка активности все еще продолжалась - люди беспорядочно столпились, посреди толпы вспыхивали силовые хлысты. Медведь озадаченно смотрел во все глаза, пытаясь понять, что же произошло, - и потому ему показалось, что прошло всего несколько мгновений, а рядом с ним снова материализовался Финн, будто выросший из-под земли. Медведь оглянулся на юношу, и тревога избороздила глубокими морщинами его широкий лоб. Выглядел Финн ужасно. Даже его бронзовая кожа не могла скрыть его смертельной бледности, кулаки сжались так крепко, что костяшки пальцев побелели. Руки его дрожали. Губы его растянулись в волчьем оскале, а в диком взгляде было нечто такое, отчего по спине Медведя пробежала дрожь.
- Они били его, - голос Финна был странным и хриплым. - Мужчина упал, а звери - Братья по крови - хлестали его своими плетями, хлестали и хлестали его, он просто скорчился и лежал, а они хлестали его и улыбались. Все они улыбались.
- Успокойся, - мягко сказал Медведь, протягивая Финну руку.
- Я подполз ближе, - продолжал Финн, будто не расслышав, - и рассмотрел их лица. Они улыбались, но выглядели безумными. Мужчина на земле истекал кровью, а они от этого впадали в еще большее безумие. Они не могли остановиться. Они убивали его.
Финн уставился своими дикими глазами на Медведя.
- А потом толпа немного сдвинулась и я смог лучше рассмотреть того мужчину на земле. Я увидел его лицо. Медведь, это был Джошуа.
ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ. ВРАЖЬЕ ЛОГОВО
11. ТУННЕЛЬ
Финн слегка успокоился, бледность его пропала, руки больше не дрожали. Но что-то дикое осталось в его глазах, и даже усилилось в ярком свете луны, появившейся с приходом ночи. Под его взглядом Медведю хотелось поежиться, хотя ночь была теплой.
Они залегли среди деревьев и в мрачном молчании наблюдали, как Братья по крови загоняли людей в металлическое здание. Двое рабов согнулись под тяжестью человеческого тела - тела избитого человека, который, вне всякого сомнения, был Джошуа Ферралом. В этом-то Медведь не сомневался: он знал остроту глаз Финна. Но он сильно сомневался кое в чем другом.
- Я пойду, - сказал Финн.
- Не стоит, Финн, - в сотый раз сказал Медведь. - Ты, может быть, даже не сумеешь открыть дверь. А если и сможешь, то не успеешь сделать и двух шагов, как тебя засекут и угробят.
- Может быть, и нет, - упрямо сказал Финн.
Чертыхаясь про себя. Медведь ухватился за бороду. Хотел бы он придумать неотразимые доводы. Хотел бы он, чтобы этой ночью они по-прежнему бы сидели у живого огня и уплетали на ужин то, что добыл бы Финн. Но этой ночью не было ни огня, ни еды.
- Черт возьми, мальчик, - пророкотал Медведь, - как сможешь ты помочь своему папе, если тебя там убьют?
- А как я смогу помочь ему отсюда? - вспыхнул Финн.
- Тем, что ты жив, вот как, - ответил Медведь. - Ты можешь думать, наблюдать, оценивать то, что произойдет. Может быть, нам и повезет.
- А может быть, в это самое время Джошуа умирает.
- Сынок! - взорвался Медведь, - ты ведь не знаешь, может быть, его сразу забили до смерти.
- Это верно, - огрызнулся Финн, - я этого не знаю. Не знаю, жив он, или нет, здесь ли Джена. Именно потому я собираюсь пойти и посмотреть. Сейчас. Ночью. - Он встал. - Медведь, именно это я и собираюсь делать. Именно за этим мы и шли через дикий лес все это время. Я должен попытаться. И я пойду один. Нет смысла рисковать обоим.
Медведь схватил Финна своей огромной рукой за плечо и, ворча, поднялся на ноги.
- Постой-ка, постой, маленький Финн. Не исчезай в темноте, как ты это любишь делать. Ты думаешь, старый Медведь позволит тебе перебить всех Рабовладельцев в одиночку?
На мгновение тень улыбки показалась в уголках рта Финна. Потом он молча повернулся и ушел в ночь, а Медведь топал за ним по пятам.
Они шли по широкому кругу, держась подальше от базы Рабовладельцев. И они шли - по мнению Финна - чертовски осторожно и медленно. Финн знал, что как бы Медведь не старался, он никогда не сможет идти по дикому лесу крадучись, как кошка. А решающим условием была осторожность. Несмотря на то, что все существо Финна жаждало немедленно выжечь огненным копьем дверь здания, он все же оставался лесным жителем. Его желание изучить каждый сантиметр территории, на которой придется сражаться, было инстинктивным.
Медленно и осторожно они продолжали идти по кругу. Через каждые несколько минут Финн покидал Медведя, предупреждая его, чтобы тот стоял тихо, а сам исчезал во тьме, стараясь подползти поближе и изучить залитое лунным светом здание с разных точек. Потом он снова появлялся и они продолжали двигаться.
После нескольких таких набегов Медведь, наконец, поверил, что Финн не собирается рисковать своей шеей и врываться очертя голову на базу. Но вскоре Финн осмотрел базу с тыла и вернулся с новостями, которые Медведь не счел хорошими.
- Они что-то там копают, - прошептал он, - на южном склоне холма. Пойду, взгляну.
