Пятно оказалось внутри из-за до обидного глупой ситуации. Кроссовки, мокрые после дождя, сушились около батареи, но не слишком близко, чтобы они не сели. Тогда в доме были гости, конечно, с маленьким ребенком. Малышка нашла чернила для печатей, взяла баночку, сначала испачкалась сама, а потом ей, видимо, захотелось отомстить тете Бути, которая с ней не играет. И так чернила яростно впитывались в кроссовок, пока мама маленького монстра не нашла дочь за злодеянием. На неловкое “Ух, е-мае” из прихожей пришла Бути. Все-таки тревога в ее сердце была не зря. Злость на малышку, на ее маму, которая не смотрит за ребенком, на свою маму, которая сказала: “Бути, надо было играть с ней, тогда твои кроссовки были бы в порядке”, - яростно вырывалась из ее сердца, но Бути ничего не могла сделать. Она никогда не будет правой в этой семье. В лучшем случае, на ее мнение мама говорит “Может быть” и закрывает тему. Так зачем стараться что-то доказать? Бути ушла мыть кроссовок, но чернила все сильнее размазывались по подошве и внутренним стенкам. Так и осталось пятно, которое каждый раз напоминает про неважность Бути в ее семье.
И вот, девочка отчаянно смотрит на все так же коварное пятно. Оно все так же напоминает ей о нелюбимой матери. И о той женщине, которая воспитывает такое глупое и мстительное создание. Пятно смотрит на нее.
- Может и ты заговоришь? Как тот глаз. Или я еще не сошла с ума настолько, чтобы разговаривать с тобой? Не волнуйся, скоро все будет. Если все так и будет продолжаться, то я, наверное, дам тебе имя.
Пятно презрительно посмотрело на Бути. Девочка и без слов его поняла. Нужно выбираться. Как в своей не случившейся фантазии в автобусе, Бути начала осматриваться, но не так уверенно и ловко. Осматривать было нечего. Пустая комната, серые стены, пол и потолок, вертикальные трубы, мешающие выбраться из заточения. Где здесь вообще дверь? Может, ее засунули сюда сверху?
Посмотрев на потолок, Бути увидела какой-то люк. Или это не люк? В любом случае, это странно выделяющийся на сером фоне квадрат, в который она может пролезть. Он около решетки, где-то в метре от земли к вертикальным трубам приварена другая, перпендикулярная им. Бути смогла поставить на нее ногу, потом вторую, и вот она рукой достает до потолка. Благо, свободные штаны и футболка не мешают ее маневрам.
Девочка аккуратно перебирается ближе к люку на потолке, трогает его, но ничего не происходит. Толкает вверх, тоже ничего. На что она вообще надеялась, когда лезла сюда?
- Эй ты! Что ты там делаешь? Быстро слезай! Скоро ты пойдешь на допрос. - крепкий, но низкий охранник в странной маске обращался к Бути. В руках устрашающего вида оружие.
Казалось бы, сейчас Бути ударит его, отберет оружие и сбежит! Но нет. Девочка послушно спрыгнула, с очень виноватым видом попросила прощенье и села на колени. Лицо опустила вниз. Ох, если бы ее волосы доставали хотя бы до ушей, то они хоть как-то закрыли это красное лицо. И зачем она столько уговаривала маму сделать прическу под мальчика? Ей, конечно, нравиться, но сейчас она предпочла бы гигантский кокон из волос, чтобы спрятаться в нем от невзгод этого мира. Ей было и страшно, и стыдно. Даже непонятно, какого неприятного ощущения было больше. Сейчас она не может даже заговорить с охранником, как сделала бы это в своей голове. Может, он сам проникнется ее невинной душой и начнет разговор первым? Было бы отлично.
- Ты вообще понимаешь, что происходит?
Божье благословение, никак иначе назвать это нельзя! Посланник с небес в виде доброго охранника спустился к Бути, и, видимо, собирается преподнести ей все на блюдечке.
- Нет, я… Я не знаю, как оказалась здесь, я не знаю, кто вы, что это за место, и в своем ли мире я нахожусь. Я совсем ничего не понимаю. Да хотя бы, где чертова дверь в этой камере?
Недолго думая, охранник махнул левой рукой вверх, поднимая рычаг. Трубы начали подниматься, снизу они были заострены и уже не так похожи на трубы.
“Что он делает? Какого черта? Но… Это прекрасный момент, чтобы сбежать!”
Бути метнулась влево, где было большое пространство для убегающего тела. И вот она, свобода! С расправленной спиной она бежит прочь, глаза бегло ищут выход, как вдруг все ее тело стягивается непонятной склизкой веревкой. Она падает, как пластмассовый солдатик, стоящий по приказу “Смирно”. Благо, весь удар пришелся на эту странную штуку, обвившую ее тело.
- Твою мать! Что это за фигня? Как ты это сделал!? - злоба и страх ее были обращены к охраннику, что стоял с поднятым наверх указательным пальцем. Он странно светился.
- Магия. - он закрыл рот ладонью, хотя его и так не было видно, и принялся хихикать. Кажется, маска в районе щек покраснела. Охранник знал, какой смешной для людей каламбур он сказал. - Ты идешь на допрос.
- Так ты не собираешься дать мне ответы? - Бути, конечно, удивилась его странным смешкам, но сейчас важнее узнать, что происходит. - И о каком допросе идет речь?
