София молчала, опустив глаза; ресницы подрагивали. Она как будто вспоминала все, пытаясь взглянуть со стороны, словно стояла рядом и наблюдала сама за собой.
– Как, по-вашему, убийца – террорист? – спросил Йона после недолгого молчания.
– Почему вы меня об этом спрашиваете? Я не знаю.
– Но что вы сами думаете?
– Там как будто было что-то личное… но, может, у террористов так и бывает?
Сначала она подтвердила факт двух выстрелов, сделанных с расстояния, и то, как двигался убийца, прежде чем она попыталась бежать и поскользнулась в крови.
– Вы упали и остались лежать на полу. – Йона показал ей фотографию залитой кровью кухни. Фотография была сделана с того места, где лежала София.
– Да, – тихо ответила она и отвела глаза.
– Министр иностранных дел стоял на коленях, кровь текла из двух ран в верхней части тела, убийца держал его за волосы, приставив дуло к одному его глазу.
– К правому, – прошептала София и как будто замкнулась в себе.
– Вы рассказывали, как они обменялись словами. А что было потом?
– Я не знаю, ничего не знаю. Он его застрелил.
– Но не в упор, верно?
– Разве нет? – робко спросила София.
– Нет. – Йона увидел, как светлые волоски у нее на руках встают дыбом.
– Я ударилась головой о пол, и все стало так медленно, – сказала София и встала с дивана.
– Что случилось?
– Время словно застыло и… Нет, не помню.
– Что вы хотели сказать?
– Ничего.
– Ничего? Мы говорим о временнóм зазоре в десять минут, – сказал Йона.
– Десять минут.
– Что происходило в это время? – настаивал Йона.
– Не знаю. – София сильно царапнула себя по руке.
– Он снимал министра на камеру?
– Нет, не снимал, какого черта вы несете? – простонала София, дошла до двери, постучала.
– Он кому-нибудь звонил, переговаривался с кем– нибудь?
– Я больше не могу…
– Можете, София, можете.
– Правда? – София повернулась к нему; судя по лицу, она выбилась из сил и была в отчаянии.
– Он звонил кому-нибудь?
– Нет.
– Не было похоже, что он вылез из воды?
– Нет, – улыбнулась София и вытерла слезы со щек.
– Он заставлял министра говорить?
– Они молчали.
– Все время?
– Да.
– София, вы лежали на полу и видели обоих. Убийца действительно ничего не делал? Может быть, он был напуган, дрожал?
– Он выглядел спокойным. – София снова вытерла слезы.
– Может, внутри него шла борьба… может быть, он не знал, убивать министра или нет?
– Он точно не сомневался, не так это было… но мне кажется, ему нравилось стоять так… Министр дышал ужасно быстро, вот-вот потеряет сознание… А убийца держал его за волосы и смотрел на него.
– Что заставило его выстрелить?
– Не знаю… Просто он через какое-то время выпустил волосы, но не отвел пистолет от глаза… и вдруг грохнуло, но не из пистолета, просто громкий такой звук… Это когда череп треснул, да?
– София, – спокойно сказал Йона, – я сейчас достану пистолет. Он не заряжен и совершенно не опасен, но мы должны посмотреть на него, чтобы выяснить последние детали.
– Ладно. – У Софии побелели губы.
– Не пугайтесь.
Йона осторожно достал из кобуры “Зиг Зауэр” и положил на стол.
Он заметил, что Софии тяжело смотреть на пистолет, вены у нее на шее надулись.
– Я понимаю, что вам нелегко, – тихо сказал он. – Но я хочу поговорить о том, как убийца держал оружие, я знаю, что вы это помните… Поскольку говорили, что он держал пистолет обеими руками.
– Хорошо.
– Какая рука поддерживала?
– В каком смысле?
– Одна рука наверху, палец на курке, а вторая поддерживает, – объяснил Йона.
– Ну… левая поддерживала. – София попыталась улыбнуться ему, потом опустила глаза.
– И он целился правым глазом?
– Да.
– И закрыл левый.
– Он смотрел обоими.
– Понимаю. – Необычная техника, подумал Йона.
Сам он стрелял, глядя обоими глазами. Это давало ему лучший обзор во время перестрелки, но чтобы уметь так стрелять, надо много тренироваться.
Он продолжил задавать вопросы о том, как двигался убийца, упомянул о положении плеч, когда тот стрелял с расстояния, как он перекладывал пистолет в другую руку, чтобы не потерять линию огня, пока подбирал гильзы с пола.
София еще раз рассказала о медлительности, о выстреле в глаз, о том, как тело завалилось назад и набок, одна нога вытянута, другая подогнута, как убийца, стоя над трупом, выстрелил ему в другой глаз.
Йона оставил пистолет на столе, сходил в кухоньку и принес два стакана из шкафа. Он подумал, что убийце не пришлось менять магазин.
Но я бы на его месте заменил магазин сразу после четвертого выстрела, чтобы покидать место преступления с полным магазином, подумал Йона и налил кока-колы себе и Софии.
Выпив, они осторожно поставили стаканы на стол. Йона взял пистолет, подождал, пока София вытрет рот рукой.
– После последнего выстрела… он поменял магазин?
– Не знаю, – утомленно сказала София.
– Вот так отстегивают защелку и вынимают магазин, – показал Йона. – А вот так вставляют новый.
София дернулась от звука, тяжело сглотнула и кивнула.
– Да. Поменял, – сказала она.
