Мир — очень опасное, однако интересное место независимо от того, верим мы в это или нет. Но что если своей Верой люди смогут изменить реальность? Если Вера одного человека придаст силу многим, дабы воплощать невозможное? Насколько мир станет прекраснее? Насколько страшнее? Редактору Веры Сергею это известно не понаслышке; его работа — усмирять порождения чужой Веры. Взбесившиеся герои книг взламывают стены библиотеки изнутри? НЛО сбивает спутниковые тарелки с крыш высоток? Сектанты пытаются возродить неведомую, но наверняка могущественную гадость и не дают спать? А может, не живые не мёртвые чёрные коты Шредингера гадят в подъезде и погрызли перила? Зовите Редактора Веры! Он — палач желаний. Он — убийца мечты. Он — охотник на творцов. Охотник неуязвим для чужой Веры, но во что верит сам охотник?
— Охотник… — прошипел оппонент и воспарил ещё немного выше. — Хочешь моих персонажей? Хочешь мою историю? А не получится у тебя! Не заберёшь ты их у меня!
Ветвистая молния ударила меня в грудь. С весёлыми искрами взорвалось несколько экранов. В воздух взметнулись листы бумаги. Запахло палёным пластиком и озоном. Работники офиса, которые жались по углам, истерично закричали.
Меня снесло вместе с ближайшими стульями и впечатало в окно. Оно под моим весом недобро хрустнуло. Будь здесь стекло, а не пластик, я бы уже проветривался на улице. Новостройка! Качество! А то, знаете ли, выйти подышать свежим воздухом на высоте тринадцатого этажа — удовольствие сомнительное.
Хрум… Стеклопакет под моей спиной дрогнул и стал заваливаться на улицу, не удержавшись на пене и тех соплях, которыми его крепили чёртовы застройщики! Я судорожно дёрнул руками, пытаясь ухватиться хоть за что-нибудь. Бесполезно…
И пока я вываливался в окно, мой противник, упиваясь силой и безнаказанностью, залился чуть безумным истерическим смехом.
Капли дождя ударили крупной дробью. Их рокот надавил на сознание прессом. А мощный порыв практически штормового ветра ударил мне в спину. Меня впечатало в стену здания, из которого я только что выпал, на высоте этажа эдак пятого-шестого, чуть не расквасив нос. Я вновь попытался вцепиться в карниз или облицовку здания… Пальцы скользили, не находя опоры, но я чуть не зубами хватался за возможность.
А на задворках сознания блуждала пакостная мысль: «Если попаду в больницу, то можно будет досмотреть сон, из которого меня так беззастенчиво вырвали… Как же я не хотел сюда переться!»
Ещё несколько этажей я парадировал муху на лобовом стекле, а затем порыв ветра стих, и гравитация взяла своё: миг полета, и тело упруго вдавило в тент, натянутый над входом торгового центра. Меня с пружинило, закрутило, и я покатился по тенту, не успевая даже матерится. А затем влетел в дыру, оставленную улетевшим на разведку ПВХ-окном. И моя спина встретилась с землёй.
— Да будет благословлён бог всех роялей в кустах за моё спасение! — выдохнул я протяжно.
Чёрный от влаги асфальт покрывали жёлтые кляксы осенних листьев. После множества столкновений круги от капель на лужах превращались в серую мутноватую рябь с радужными разводами от бензина. Машины с рёвом носились по дороге. Прохожие курточно-зонтичными болидами мчались по тротуарам. Никому не хотелось мокнуть лишнее время. Лишь я улыбался, чувствуя прохладу дождя на лице…
Я нехотя поднялся. В куртке появилась немаленькая такая прожжённая дыра. На спине несколько синяков, на лице пара ссадин, да и пальцы расцарапаны. Однако другие неудобства не ощущались. Электрическая способность противника не сумела пробить мой иммунитет к Вере.
Выбежавшего мне на встречу охранника я остановил одним жестом и шагнул в автоматически распахнувшиеся двери. Холл офисного центра уже второй раз за день приветствовал меня ярким светом и технологическим совершенством. Вот только профессионально-приветливые улыбки персонала при моём повторном появлении явственно поблекли.
— Без комментариев, — буркнул я в сторону стойки администратора побледневшей девушке с бейджиком «Таня», поправляя подранную, подпалённую и одновременно мокрую куртку.
— Возможно, вам понадобится помощь нашей службы безопасности? — неуверенно предложила администратор.
— Нет. Благодарю, — я почесал недельную щетину, прикидывая, где можно будет купить чего-нибудь пожевать на обратном пути. Но на середине холла замер и повернулся к «Тане»: — Мне нужен вот он в сопровождение!
Я кивнул на охранного дрона, что тихо жужжал в стороне, провожая меня подмигивающей красным камерой. Девушка лишь быстро закивала, что-то набирая на пульте стойки администратора. А я продолжил движение к лифту, оставляя на недавно вымытом полу мокрые следы. Одновременно, через наруч, вызвал свою контору. Следовало уточнить последние данные.
— Информаторий, какого хрена тут творится? — буркнул я, когда двери лифта закрылись. Передо мной предстал голоплакат с прелестницей, эротично меняющей позы на развалах книг, подписанный внизу: «Книги — путь в лучшее будущее». — Согласно данным, которые вы мне передали, у этого творца три Истинных Веры, двести сорок четыре Бытовые Веры и Мимолётная Вера варьируется около трёх сотен. А меня молния приложила мощностью не меньше четырёх Истинных! Что там делает наш отдел предсказаний? Хотелось бы понять, с чем мне придётся иметь дело!
Я невольно поморщился… «Предсказания» — такое клише, аж думать страшно. Тем не менее эта хрень съедается читателями за милую душу. А в нашей работе без неё тем более никуда — нужна, дабы заранее знать о проблемах. Хотя и работает через раз… А главное, конкретики чуть меньше, чем нифига! Хоть бы одно понятное предсказание… но нет, тогда интрига исчезает и читателю неинтересно.
