– Машенька, когда колдун будет принимать, а? Мы уж тут заждалИсь! – женщина, с головой в простом потертом платочке поймала Машу за руку и на секунду затормозила ее бег.
– Будет, будет! Я же сказал – позвоню! Ну чего сюда-то претесь?! – Маша скорчила злобную гримасу, вырвалась из цепких рук женщины и быстро, цокая каблучками по лестнице сбежала вниз.
– Ты какого черта пускаешь всех кого не попадя?! Ух, паразит, глаза бы выдрала! Стоишь тут, орясина, дармоед!
Помятый, будто с бодуна охранник ошеломленно похлопал глазами, но ничего не сказал. Не дождавшись ответа, Маша шмыгнула на улицу, а он остался стоять на месте, грудью ощущая заветный полтинничек, похрустывающий в свое удобном ложе нагрудного кармана.
Глупый вопрос – "почему пускаешь?"!
Охранник фыркнул, скривил губы и подошел к стойке гардеробной, где по случаю летнего времени и отсутствия тяжелой верхней одежды без работы скучала гардеробщица баба Маня:
– Баб Мань, видала? Совсем обнаглела эта сучка! Проститутка! Возомнила о себе! Медсестричка какая-то, а туда же! Вот же тварь! Распоряжается, как у себя дома!
– Ты это…Сема…потише с ней – баба Маня заговорщицки подмигнула правым глазом, и наклонившись к охраннику тихо шепнула – Она с главврачом вась-вась! С колдуном опять же только она дело имеет – даже Зойка вхожа только после ее указания! И кстати – ты чо жаловаешься? Ты сколько имеешь в день с клиентов-то колдунских? То есть сам за щет Машки живешь! А еще выступашь! Вот узнает она, что ты на каждом углу ее поносишь, поганишь не по делу, таких тебе пилюлей вставит – будешь бежать, да попердывать – прямо до мойки Гургена, откуда тебя поганой метлой погнали! Скажи спасибо – сюда взяли! А ты еще и фулиганишь. И вобче – жадный ты парень, нехороший! Вот сколько уже денег поимел, а с бабушкой-то не поделился! Хошь на конфетки бы когда дал, а?
– Дофига вас, на конфетки! – охранник покраснел, и отходя от старухи, злобно бросил – И ничего я не имею, не ври! Клевета! Дура старая!
– Старая-то старая, да внучок научил меня на телефон-то снимать. Хошь, картинки покажу? Интересныиии…глянь-ка – это не тебе ли кто-то что-то протягивает? Не ты ли денежку в карман ложишь, а?
– Вот сука старая! Да на, на – свой полтинник! Подавись! – охранник шлепнул перед старухой голубенькую денежку и в душе его пролилось ведро дерьма. Стало так погано, так отвратительно-печально, что на глаза набежали слезы – ну что за жизнь такая?! Даже старуха, мерзкая, воняющая потом и сладкими дешевыми духами – и та его шантажирует! Удавить суку!
Баба Маня не знала, как близка была к гибели. Она уж давно подумывала слегка пощипать охранников, не делящихся своей добычей. Если бы не внук – никогда бы не догадалась. Молодец, Петруша! Голова! Всего пятнадцать лет – а соображает, как депутат! Далеко пойдет…если не посадят, как папку. Иэээххх…что за жизнь такая!
– Ты рублей сто в день бабушке давай – и делай, что угодно! – охранник вздрогнул, когда гардеробщица как тень, появилась справа от него, он и не заметил, как проклятая ведьма вышла из-за "прилавка" – Тебе заработать сто рублей – двое посетителей, и все! А мне, при такой зарплате да пенсии – это счастье! Век за тебя богу молиться буду! И другим закажу!
– Вот гадина! – выдохнул охранник, и еще один полтинник перекочевал в руку проклятой старухи, тут же засиявшей улыбкой и рассыпавшейся в благодарностях.
Да. День не удался! Придется после работы снова нажраться. А ведь хотел завязать с этим делом! А все она, ведьма! Вот и не спейся так-то!
Маша махнула рукой, таксист, стоявший у обочины, тут же сорвался места и с шиком подъехал, тормознув возле ее ног так, что поднялось густое облако пыли. Маша чихнула, и открыв дверцу рыкнула, погрозив водиле кулаком:
– Ты охренел, Амир?! Я вся в пыли! Сколько раз тебе говорила – подъезжай медленно, плавно! Ууу…татарская морда! Вот бестолочь ты, да и все тут!
– Не ругайся, а? Ты такая красивая, а? Пойдешь ко мне второй женой?! Или я первую прогоню – будешь хозяйкой, да! Ух, луноликая пери! Губки твои, как кораллы! Щечки твои – как персики!
– Задница моя – как арбуз! – отрезала Маша, делая сердитое лицо – Когда ты отстанешь со своими фруктовыми приколами?! Поехали давай!
– Куда едем, золотоглазая? – не смутился мужчина, прибавляя уровень звука магнитолы, тут же выдавшей залихватскую восточную мелодию – Хоть на край света, да! С тобой – навсегда! Только плати, щедрая моя!
– Во-во…только плати! Вы, чурки, просто так ничо не сделаете, только за бабки! – фыркнула Маша, недовольно глядя на магнитолу – Вперед поезжай! Да выключи свое дерьмо, я от этих твоих трени-брени сблюю щас! Езжай в поликлинику давай! Ну вот какая сука придумала поликлинику делать отдельно от больницы, а? Да еще и за тридевять земель!
– Да чо земель-то? – ухмыльнулся таксист – Всего-то четыре квартала! Тут идти-то пятнадцать минут!
– Некогда мне ходить! Дела у меня! – Маша достала полтинник, пренебрежительно бросила между сиденьями – На, жених хренов! Получи! Потом позвоню, если чо.
– Номер-то помнишь, пери моя?!
