Заторопилась, зацокала каблучками – прием через час!
– Эй, подвезти? – из джипа высунулся смуглый молодой парень, то ли кавказец, то ли…а кто еще-то? Цыгане, если только? Но откуда им тут быть? Гурген давно все подмял, поделил с Череном, хачей, кроме как гургеновских быть не может, а цыган сюда не пускают. Вся шмаль от Гургена идет. Говорят – через Черена. Но мож и болтовня…
– Не надо! – взгляд в сторону, чтобы не смотреть в глаза. Хачи не любят, чтобы на них смотрели в упор, они как звери – поглядел – значит хочешь напасть!
Маша видела про звериные повадки по телику и тогда даже поразилось, насколько все похоже на человеческие отношения! Люди – та же стая, только двуногая!
– Садись, тебе сказали, ну чо ты внатуре кобенишься?! – незнакомый парень, коротко стриженный, с заднего сиденья джипа. Успела заметить – номера московские.
– Я сказала – отвали! – процедила сквозь зубы, ускоряя шаг. Как нарочно – рядом никого знакомых! И вообще – никого! Угораздило же пойти этим переулком! Впору вопить, как потерпевшая! И среди бела дня ведь докапываются!
– Давай ее сюда, внатури! – кто сказал, не заметила. Парень легко, как пушинку дернул Машу к себе, перенес в джип и тот тут же тот сорвался с места, унося содержимое кожаного салона от любопытных глаз.
– Ну что, знакомиться будем! – широко улыбнулся парень за рулем, и Маша вдруг заметила – зрачки расширены! Под кайфом! Кокаин, или что-то такое! Спайс какой-нибудь? Сколько от этой гадости передохло… Глаз опытный – насмотрелась на нарков, и не только в больнице. На улице этого дерьма хватает.
Маша пробовала один раз, покурила – вырвало. Слава богу ее организм не принимает шмаль, иначе бы…
– Не будем. Дайте я выйду! – твердо сказала Маша, скрывая дрожь в голосе – Все знают, где я! Видели! Вам будет хреново!
– Да ничо нам не будет – осклабился бритоголовый – Слышь, ….ты кобенишься? Денег дадим! Сто баксов – твои! Тут у вас это – деньги, правда, Эрик?
– Ыыыыы! – парень за рулем резко заржал, и снова обернулся к Маше – Сейчас поедем, отдохнем, потом пойдешь по своим делам. Да чо ты, в самом деле? Снежка дадим, понюхаешь, выпить, покурить – пацаны все простые, ништяк все будет! Да, пацаны? Ништяк?
– Ништяк! Эрик, ты голова!
– Проституток снимите – сдерживаясь, процедила Маша – На кой черт вам я? Я не работаю передком! Проблем хотите? Вы чего задумали?
Машу трясло. Вот попала, так попала! Слыхивала такие истории, про увозы, но чтобы она, Маша? Местные никто бы не решился – Витька в авторитете. Только залетные. Но чтобы тут, да такой беспредел?
– У меня брат сидит – за грабеж! Он в авторитете! – решилась Маша – Смотрите, он вам кишки на провода намотает! Выпустите сейчас же!
– Бандитская подстилка? – усмехнулся бритоголовый – А мы вот против бандитов! Мы правильные пацаны, правда, Эрик?
Теперь захохотали все, а бритоголовый вдруг резко, неожиданно и хлестко ударил Машу ладонью по лицу:
– Молчать, соска! Будешь делать то, что мы скажем! И шлюхи твои нам нахер не нужны! Хе хе…нахер…прикинь, как в тему, Эрик?
– Не нужны нам платные шлюхи! – Эрик глянул на Машу взглядом без белков, и она поняла – это конец. Хотя бы живой оставили! Совсем с катушек съехали! Спайс, наверное – от него бывает так колбасит!
Ее привезли на турбазу – она бывала тут, и не раз. Ну так…с командировочным. Ну и еще…раз несколько. Здесь обычно селили вип-командировочных – воздух свежий, сауна, река рядом – можно голыми бежать к реке и прыгать с мостков. Прикольно, так-то. Вот только не сейчас – прикольно. Сейчас ей хотелось выть от бессилия, страха и боли – губа сразу распухла, а во рту привкус железа. Разбил, подонок!
Джип подъехал к гостевому дому, в воротах не остановили, никто даже не вышел. На базе тоже было безлюдно – будний день, вечером начнут стягиваться любители пожрать, выпить и покувыркаться с девками. В основном – местная блатота, люди с администрации и все, у кого есть немного деньжонок. Турбаза принадлежала Черену, или точнее – Черенкову Виталию Михайловичу, депутату районного собрания, предпринимателю и меценату, жертвующему деньги на городские нужды. Менты сюда не совались, Черен был на короткой ноге со всеми власть имущими города, да и в области был не последним человеком. Он давно уже мог бы переехать в центр, только зачем? Здесь тихо, спокойно, он тут пахан, а там будет если не мелкой, то все-таки сошкой.
Маша знала и про Черена, и про турбазу, и про то, что ментов тут не дозовешься, и что закон тут один – он, Виталя. Вот только не понимала, как беспредельщики попали на территорию турбазы и почему их тут так принимают. Хоть и будний день, но слишком уж тихо – почему нет посетителей? Нарочно разогнали? Черен не допускал беспредела на своей территории, гасил в зародыше – иногда вместе с беспредельщиками. А тут – такое?
