Ближе к окончанию обыска за стальной дверью раздался звук отпираемых замков, и через минуту из здания вышел ещё один охранник крупнее первых двух, но если те выглядели спортивными и подтянутыми, этот же был пониже ростом, коренастый и с весьма крупным пузом, выпирающим из-под одежды в цветах городского камуфляжа. Толстяк вышел на улицу и затем, обратившись к Васнецову, жестом пригласил его внутрь.
Охотник не мешкая зашёл, после чего ему пришлось ещё раз пройти через обыски и рамку металлоискателя, а затем его проводили по длинному коридору к лифту, на котором он вместе с провожатым спустился на минус второй этаж.
Когда двери лифта ушли в стороны, перед ним открылся широкий зал. Высота потолков была обычной, около трёх метров, не больше, зато площадь помещения впечатляла. Это было заведение, очень похожее на бар или ресторан. Здесь играла музыка, по всему залу стояли столики, бóльшая часть которых была занята посетителями. Освещалось помещение лампами с очень приглушённым светом; от светодиодных подсветок различных неоновых цветов, казалось, и то было бы больше пользы.
Появление нового посетителя нисколько не удивило сидящих за столами людей; более того, взглянув на надпись на лифте, Васнецов понял, что он предназначался для обслуживающего персонала. Значит, имеется ещё один вход, через который сюда приходят все эти люди. Вот только… Люди ли они вообще.
Проходя между столиками по направлению к барной стойке, где, как сказал охранник, его ждет Седой, Васнецов внимательно всматривался в лица гостей данного заведения. У одних поблёскивали острые, как хорошо заточенный карандаш, клыки, у других глаза — жёлтые с узкими вертикальными зрачками, у других глаза вообще были полностью чёрными без белков и зрачков, будто их заволокла тьма. В бокалах практически у всех была налита густая красная жидкость, и Васнецов готов был биться об заклад, что это не вино. Меню, предлагаемое хозяевами заведений, похоже, тоже было весьма разнообразным, и любому здоровому человеку не внушало бы аппетита. Вот тут было самое интересное.
Васнецов уже понял, что в этом подвальном ресторане собрались толпы демонов и вампиров. Он часто слышал о том, что две этих разновидностей тварей стремились во властные структуры, поэтому часто заключали союз с людьми. Они, в отличие от остальной нечисти, обладали высоким интеллектом и внешностью, позволяющей скрываться в человеческом обществе. Ещё рядом с тварями за одним столом Васнецов видел людей, которые спокойно вели беседы, ели обычную человеческую еду и пили пиво, вино или что покрепче. Похоже они абсолютно не испытывали отвращения, например, от того, что сидящий рядом вампир культурно и деловито резал у себя на тарелке чьи-то сырые потроха и отправлял окровавленные куски себе в рот.
Даже видавшего виды охотника, закалённого в боях, передёрнуло от неприязни к окружающим, даже скорее к людям, чем к тварям, для которых подобная трапеза была в порядке вещей.
Подойдя к барной стойке, охранник указал на Седого, сидевшего к залу спиной, а затем, развернувшись, направился обратно к лифту. Васнецов посмотрел ему вслед, затем повертел головой по сторонам и сразу увидел знакомые лица. Вся команда Седого была здесь. Даже Леший сидел за одним из столиков и громко ржал, слушая рассказ одного из охотников белого звена, которое начинало зачистку школы с четвёртого этажа. Поняв, что все вдруг напряглись, Леший заткнулся и повернул голову в сторону Васнецова. Его улыбка тут же увяла, он резко сжался, как нашкодивший кот, когда Васнецов глянул на него своим пронзительным испепеляющим взглядом.
— Ну чего встал, как столб? Присаживайся, угощайся,— сказал Седой, не поворачиваясь к собеседнику.
Васнецов ещё раз взглядом окинул зал, вгляделся в хмурые лица своих коллег по охоте и сел за барную стойку рядом со своим бывшим наставником. Да, когда-то Васнецов служил практикантом у Седого, и был многим обязан старому охотнику, но произошедшее в логове баргестов и то, что он видел здесь, не укладывалось ни в какие рамки.
— Здравствуй, Юра, рад снова тебя видеть в наших рядах,— Седой наконец соизволил повернуться к Васнецову и протянул ему руку для рукопожатия.
— И тебе не хворать, Пётр Андреевич,— сквозь зубы процедил Васнецов, проигнорировав протянутую ладонь.
В этот момент перед Васнецовым подали стопку с текилой, на край которой была надета долька лайма, рядом поставили маленькую пиалку с солью. Недолго думая, охотник насыпал соль на язык, опрокинул в себя стопку и зажевал лаймом.
— Вижу — ты до сих пор на меня в обиде, но раз ты здесь — значит, тебя пригласили серьёзные люди.
— Почему ты решил, что меня пригласили люди? — Васнецов посмотрел в глаза Седому, пытаясь по ним прочитать, как тот истолкует его слова. Как оказалось, истолковал он их неправильно.
