– Замётано! С пушками уже разобрался и продолжаю работать! Будь аккуратна, я почти ослеп, большая часть сенсоров недоступна!
– Ясно, включаем радиомолчание. Просто подожди.
Видео закончилось.
– Что они планировали сделать? – спросила София.
Я покопался в системах корабля и спецификациях. Прикинул, откуда притопал «Легионер»…
– У них есть специальный ангар, где всё ещё покоится Б74. Спасательный бот на четыре очень тесных сидячих места, но с реактором, щитами и слабым РСТ. Проход внутри корабля был чреват, туда есть короткий путь от жилой палубы. Конечно, все дроиды собрались тут, но они могли бы успеть добежать до бота. Может, и удалённая активация и подготовка не проходила. Без понятия, системный лог… стёрт.
– Вирус захватил корабль? – испугалась София. – Но почему двери открыты?
– Полагаю, Николай или Эллен отключали все блокировки и замки и запретили менять настройку. Это команда уровня ядра, они боялись блокировки дверей.
– И почему вирус её не вернул после захвата?
– Не было в шаблоне действий. И вирус не мог менять настройки ядра: это противоречит системной директиве, что их может настраивать только человек, имеющий доступ. У него и сейчас нет всеобъемлющего контроля. И да, как вы поняли – Эллен попыталась добраться до ангара снаружи. И поскольку мы не видели меха возле «Ностромо», успешно сделала это. Там её встретил «Легионер». Скорее всего, Николай уже не мог за ними следить и предупредить.
– Почему он один? Это же… предугадывание действий? Точно не искин? – беспокоился Тимур.
– Точно. Организовавший это знал о боте и ввёл в шаблон его защиту или уничтожение, чтобы им никто не воспользовался. Во всяком случае, я так это вижу.
Включил третье видео – последнее. В нём было… только сплошное отчаяние. И просьба в конце.
– Если меня вытащат, но я свихнусь… или если найдёте мой труп… отомстите тому, кто это сделал.
Я вздохнул и полез в систему, подключив к этому делу всех троих учёных, явно находившихся в крайне пришибленном состоянии. Однако логи и записи камер были стёрты. Транспондер малой дальности передавал ложные данные, заданные вирусом.
– Как это возможно? Это же современный корабль… – говорила София. – Эрик, что это за вирус? Как он мог сделать всё это при живом человеке?!
– Очень хороший вирус…
– Это невозможно! – крикнула она. – Слишком сложные директивы для захвата систем! И зачем? Если хотели всех убить, почему просто не взорвать ректор? Почему не задушить всех, не выпустить воздух?
– Базовые директивы защиты экипажа… потом не знаю.
Я стучал по панели, думая о том, как это могли провернуть. И главное – зачем? Дроиды не могли уничтожить весь корабль – возможно. И что с системой связи? Николай говорил немного бессвязно, но ведь сигнал о сбое энергосети успел пройти, перед тем как «Ностромо» пропал. И как подсадить вирус с базовым высоким уровнем доступа на такой корабль?..
В голове щёлкнуло, я вскочил с места и, ничего не объясняя, понёсся к каютам.
– Эрик, ты куда?
– Идите за мной, нужно кое-что проверить.
Я влетел в капитанскую каюту, уже не сомневаясь, что это он. В снаряжении нашёл системный анализатор и развернул андроида спиной. В основании затылка расположили скрытую волосами панель, за которой были сервисные порты. Ну-ка…
– Что такое? – в комнату влетел Тимур. София и Борис аккуратно заглянули.
– Думаю, всё началось с этого андроида.
– Что, как?
– Секс-кукла была около капитана. В том числе когда он максимально беззащитен. Полного доступа к кораблю не добилась, но достаточно для перепрошивки дроидов и запуска вируса в ядро системы. Тьфу, память стёрта!
– Ты уничтожил его… – заметила София.
– Запасной блок памяти уцелел, но обнулён.
Повисла пауза, я выпустил андроида из рук и со вздохом сел на кровать. Ожидал от Бэна шутки в стиле «протрахал корабль», но даже он не стал выдавать что-то настолько чернушное.
– И… что теперь? – спросил Тимур.
– Не понял вопроса.
– Что делать?
– Садиться на «Банши» и лететь к джамперу. Что за вопрос? Вы своё задание выполнили: выяснили, что произошло с «Ностромо» и вашими коллегами, сочувствую. Мы сообщаем о местонахождении корабля и летим дальше. Пусть расследованием дела и восстановлением полной картины произошедшего занимается кто-то другой: мы не следователи и у нас не так много времени. Я историю додумал, как оно было вероятнее всего, но факты вы видели.
Учёный, наконец, переключился из режима солдата обратно в нанимателя, не требовательного в плане субординации и беспрекословного подчинения.
– Да… что-то слишком много свалилось за раз.
– Понимаю. Дайте найду свою пушку и что-то для компенсации расходов.
– Да… конечно. А разве «Ностромо» теперь не твой?
