– Кстати… есть ещё одна теория. Как я уже рассказывал, уничтожение Старших связывают либо с тотальной войной со взаимным уничтожением, либо с восстанием искина. Да, машины не обязательно именно восстали сами, а им могли дать приказ, который уже не отменили. Дроны обеих сторон перебили остатки флотов с живыми представителями врага. Но я всё же склоняюсь именно к теории восстания при единой нации. И вот один из наших коллег предполагал, что Старшие не смогли совладать с тем, что открыли.
Я нахмурился, пытаясь вообразить такое. Греющая уши Анна тут же откликнулась.
– Как можно открыть нечто такое, что из-за этого вымрет вся цивилизация?
– А мы уверены, что она вымерла? – хмыкнул Тимур.
– Э? Хочешь сказать… они ушли добровольно? Повоевали и покинули галактику?
– Кто знает? Смертность среди изучающих глубокий космос аномально высокая. Живых миров Старших никто так и не нашёл. Ну или они открыли нечто, после чего их искины восстали. Не спрашивайте меня, что именно. Как профессор заявляю – мы очень мало знаем о вселенной!
Настроение у Тимура стало хорошим, а вот остальные призадумались.
– И почему эта планета? – спросил я.
– И на этот вопрос я не отвечу. Во всяком случае, скорее всего здесь и раньше был добывающий комплекс. Сюда бы экспедицию побольше! Ну ничего! Вернёмся с важными открытиями и соберём больше сил! Мы ведь провели разведку! Плюс о совместной экспедиции не договорились, но при успехе всё будет иначе! Согласишься слетать ещё раз?
– Если оплата устроит, я не боевой маньяк, который другие заказы брать не любит. Хотя сюда надо прилетать хотя бы на фрегате! Мать вашу!
Внезапно установка замерцала золотистыми искрами, и я резко отодвинулся от стены и поднялся, сдержавшись только из-за Тимура на крыше.
Часть устройств во всей установке какое-то время искрили мистическим золотым светом, а ведь мне, чтобы точно не повредить тонкому древнему оборудованию, пришлось вырубить щиты.
– Шард, держи ровнее! София!
К счастью, учёный удержался и пока не пострадал.
– Кажется, это из-за меня! Тут… сообщение об ошибке!
Энергические потоки формировали что-то вроде хитросплетений, частичных узоров прямо в воздухе. Даже очень примитивные сканеры «Авангарда» предупредили о гравитационных аномалиях. Однако затем всё стихло, видимо, удерживающие поля пропали и частицы стали быстро рассеиваться в пространстве, медленно опадая вниз подобно мерцающим блёсткам.
– Ты записал? – воскликнула София. – Вы там в порядке?
– В полном! Давай ещё раз!
– Э, погодите! – запротестовал я. – Вдруг эта штука рванёт или долбанёт электромагнитным ударом. И мы тут давно болтаемся, аккумуляторы скоро сядут! И вообще: вы знаете, что такое техника безопасности?
– Энергии, кажется, не хватает, – вместо этого ответила София своему мужу.
– Скоро буду, надо всё задокументировать!
Я только вздохнул, и когда Тимур, цепляясь магнитами на руках и ногах, перебрался в салон, с радостью убрался подальше от установки.
Разобраться, что это и для чего построено, они так и не смогли. Как говорится, «ничего не понятно, но очень интересно».
Прошло несколько дней. Я с интересом рассматривал содержимое ящика, в который учёные бережно складировали добытое. Бэн помогал в освободившемся углу паковать и крепить к грузовым скобам трёхметровую штуковину непонятного мне назначения, но вроде как очень технологичную. Поэтому её завернули в брезент. То есть сначала, конечно, в фольгу с пластиковым антистатическим покрытием и залили поверх пенной «набивкой» – мягкой и не липнущей. А уже потом замотали в кусок синтетики. И теперь прямо вокруг неё спаивали железный короб, сделанный из кусков ненужного контейнера.
Трюм только освободился благодаря тому, что и запасы еды уменьшались, и ящики патронов для бортовых пулемётов переместились в бункеры боеприпасов. И вот теперь мои наниматели набирали артефактов Старших по одним им известным принципам.
– Внимание, на орбите появился корабль! – объявила Анна.
– О… наконец кто-то разобрался… или это не учёные? – я напрягся.
– Сейчас, погоди, перенастраиваю спутник… а! Да, один из тех, кто прилетел раньше нас к той базе! Научный корабль… сейчас… «Чекавы открывца»… что-то такое.
– А, те любители одного из малых земных языков. Переводчик говорит, что это «Любопытный исследователь». Тимур, что делать будешь?
– Они нас заметили? – вопросом на вопрос ответил он, отвлёкшись от работы.
– Спутники скорее всего заметят. На орбите полно мусора, но он не передаёт сигналы и другой.
– Ладно… Анна, можешь перенаправить сигнал?
– Делаю, док!
Разговор между учёными вышел не слишком дружелюбным. Очень культурные посылы, как сказал бы один мой знакомый. С другой стороны, предупредил о том, что мы тут сбили двух дронов и на самой поверхности можно вдоволь настреляться.
Предупреждениям об опасности то ли не вняли, то ли просто прощёлкали…
– Спутник фиксирует мощный энергетический импульс, на планете активная планетарная батарея!
Анна передала картинку на визоры наших скафов. Вытянутый корабль садился примерно на противоположной стороне планеты, где был крупный аванпост.
