ТЕПЕРЬ СЕРИАЛ NETFLIX.Легендарный профайлер ФБР Джон Дуглас, прототип Джека Кроуфорда из «Молчания ягнят», раскрывает мрачные тайны самых жестоких серийных убийц и преступников.За двадцать пять лет работы в Отделе содействия расследованиям специальный агент Джон Дуглас стал легендой ФБР, первым начав беседовать с серийными убийцами, чтобы понять их мотивы, привычки и слабости, – и тем самым заложив основы криминального профилирования. Он преследовал самых жестоких маньяков своего времени: охотника на проституток в лесах Аляски, убийцу детей в Атланте и Убийцу с Грин-Ривер, дело которого едва не стоило ему жизни.С поразительной детализацией Дуглас рассказывает о расследованиях, анализируя сцены преступлений, воссоздавая действия убийц и жертв, выявляя их привычки и предсказывая следующие шаги. Через интервью с Чарльзом Мэнсоном, Тедом Банди и Дэвидом Кемпером Дуглас демонстрирует, как его новаторский подход позволял вычислять и ловить опаснейших преступников. Захватывающая и пугающая, эта книга раскрывает, как работает разум убийцы – и как его можно перехитрить.«Джон Дуглас – блестящий специалист… Он знает о серийных убийцах больше, чем кто-либо еще во всем мире». – Джонатан Демм, режиссер фильма «Молчание ягнят»«Когда дело доходит до тру-крайма, ни у кого нет таких историй, как у Джона Дугласа». – Philadelphia Inquirer
John E. Douglas and Mark Olshaker
MINDHUNTER: INSIDE THE FBI'S ELITE SERIAL CRIME UNIT
Copyright © 1995 by Mindhunters, Inc.
Оригинальное издание опубликовано издательством Scribner, импринтом Simon & Schuster, LLC (США).
© Голыбина И. Д., перевод на русский язык, 2024
© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025
Все права защищены. Книга или любая ее часть не может быть скопирована, воспроизведена в электронной или механической форме, в виде фотокопии, записи в память ЭВМ, репродукции или каким-либо иным способом, а также использована в любой информационной системе без получения разрешения от издателя. Копирование, воспроизведение и иное использование книги или ее части без согласия издателя является незаконным и влечет за собой уголовную, административную и гражданскую ответственность.
Наверное, я в аду. Это было единственным логическим объяснением. Меня раздели догола и связали. Боль была невыносимой. Мои руки и ноги резали острыми ножами. Что-то совали во все отверстия тела. Я задыхался и давился предметом, торчавшим у меня из глотки. Острые штуки затолкали мне в уретру и в анус; казалось, меня разрывают на части. Я тонул в собственном поту. Потом я понял, что происходит: меня пытают все убийцы, насильники и растлители малолетних, которых я засадил в тюрьму. Теперь я был жертвой и не мог сопротивляться.
Я хорошо знал, как действуют такие парни: я видел это сотни раз. Они стремятся доминировать над своей добычей и манипулировать ею. Хотят решать, жить ей или умереть, – а если умереть, то как именно. Они будут поддерживать во мне жизнь, оживлять всякий раз, как я отключусь и приближусь к смерти, стараясь причинять при этом максимум страданий. Они могут делать это множество дней подряд.
Они хотят показать мне, что я в их власти, что я полностью зависим от них. Чем больше я буду кричать и молить о пощаде, тем сильней подпитаю и возбужу их кошмарные фантазии. Если я начну умолять или звать мамочку с папочкой, это их только заведет.
Такова моя расплата за шесть лет, что я ловлю худших людей на планете.
Мое сердце отчаянно колотилось, я весь горел. Меня пронзила жуткая боль – кто-то протолкнул острую штуку еще глубже в мой пенис. Все мое тело содрогнулось в агонии.
Потом я увидел яркий белый свет – точно такой, о котором рассказывают люди, пережившие клиническую смерть. Я ожидал увидеть Христа, или ангелов, или дьявола – об этом я тоже слышал. Но нет, передо мной был только яркий белый свет.
Но я услышал голос – ласковый, успокаивающий, самый сладкий из всех, что мне приходилось слышать.
Это было последнее, что я запомнил.
– Джон, вы меня слышите? Не волнуйтесь. Успокойтесь. Вы в госпитале. Вы очень больны, но мы стараемся вам помочь.
Вот что на самом деле сказала мне медсестра. Она понятия не имела, слышу ли я ее, но продолжала повторять это, стараясь меня успокоить, снова и снова.
Хотя тогда я понятия не имел, где нахожусь, я лежал в палате интенсивной терапии Шведского госпиталя в Сиэтле – в коме и на аппаратах жизнеобеспечения. Мои руки и ноги привязали к кровати. К телу шли трубки, катетеры и провода. Врачи опасались, что я не выживу. Был декабрь 1983-го, и мне было тридцать восемь лет.
История началась тремя неделями ранее на другом конце страны. Я был в Нью-Йорке, читал лекцию по криминальному профилированию перед аудиторией из 350 сотрудников Департамента полиции Нью-Йорка, транспортной полиции, а также департаментов Нассау, Лонг-Айленда и округа Суффолк. Я выступал с этой лекцией сотни раз и мог прочесть ее от начала до конца на автопилоте.