Сегодня звезды были явно не на моей стороне. Да и с какой стати им быть на стороне недобитого скептика? Хоть я и ускорился, когда подействовал стимулятор, через некоторое время клинки были вышиблены у меня из рук, а умелая подсечка завалила меня на спину. Прежде, чем я пришел в себя, Джанна уселась на мою грудную клетку, заставив поморщиться от боли: щебень больно впивался в спину.
— Что скажешь?
Тот факт, что я проиграл, принес мне лишь горькую злобу, и я опять отшутился.
— Вижу, тебя обманули.
— В каком же месте?
— Стать демоном не помогло тебе сбросить лишний вес.
— Фырбумш — фыркнула та — не смешно звучит от проигравшего, — и больно ударила камнем по руке, которой я полез за ножом.
— Я могла бы убить тебя, вот только хочу жить, красавчик.
— Пощади человека, не обладающего даром понять женскую логику.
Попытка сохранить хорошую мину при плохой игре. Да в таком положении меня можно хоть насиловать спокойно, даже если она изволит поднять свой вес с меня, я не сразу встану.
— Дурачок, ты еще не понял. Мы связаны. Вместе. Я убила демона и разрушила его отпечаток, создав связь между нами, разве ты не чувствуешь? Что ты чувствуешь? Да понимаю, была дурой, но эта связь закрепилась теперь навсегда.
Она приблизилась и взглянула мне в глаза. Хотелось отвести взгляд, но я не мог. В то момент внутри меня что-то словно взорвалось. С одной стороны, в голове опять стал маячить образ Инвил, с другой стороны, образ Джанны явно пытался занять свое место в душе. Когда от всей этой гаммы чувств у меня заболела голова и начало уходить сознание, Джанна заговорила.
— Ты ведь любишь меня, так не сопротивляйся. Ты не можешь не любить. Все, что тебе надо, это принять изменение, стать таким же — и мы будем вместе…
Это непонятное ощущение просто рвало на части душу. Я прекрасно понимал, что без проклятия лесного народа, перенятого мною, я бы просто стал бы марионеткой Джанны, да с большой радостью. По счастью, пробудившаяся аура страха заставила ее ослабить хватку. Меня хватило на одно — закрыть глаза и не видеть ее взгляда. Стоило это сделать, как силы стали возвращаться, тошнота отступила.
— Нет — сил теперь даже хватило показать ей фигу.
— Силен… Все вспоминаешь ее… Или не можешь забыть… Но почему? — казалось, она разговаривала сама с собой, нагло читая мои мысли и пытаясь понять что-то, но я вовремя спохватился и старался ни о чем не думать.
Минут пять мы так просидели, пока я не пришел в себя более или менее и не придумал, как можно заставить ее уйти из моей головы.
Сопротивляться было бесполезно, так как она сильнее меня, но я вовремя вспомнил слабость Лизы: она брезглива. Дальше надо было только вспомнить: алкаш в метро в час пик, пассажир самолета, которого укачало, отхожее место на вокзале… И дальше по нарастающей…
Через тридцать секунд Лиза заорала «Фу!» и резко отпрыгнула от меня.
— Я же только поела!
— Приятного аппетита — зло произнес я. Встать я все равно не мог, как ни старался, и радовался этой мелкой пакости.
Метательный нож я так и не докинул до нее — он воткнулся в метре у ее ног и там и остался.
Я выругался себе под нос и понял, что пора уходить, пока я еще цел. Я потянулся мысленно к камню врат, но он неожиданно громко треснул в кармане, подарив мне еще один кровоподтек… Если, конечно, не рану.
— Смыться не выйдет — руины не пускают в другие миры — произнесла Джанна неожиданно спокойно, без тени злобы, и присела на землю в нескольких метрах от меня.
Несколько минут мы молчали. Остается загадкой, о чем думала она, я же пытался прийти в себя и понять, что произошло. Итак, меня не спешили убивать по какой-то причине, более того, мотивировали это тем, что, дескать, хотят жить. Как я не пытался, этого я понять не мог. Я попробовал пошевелиться и, пересилив боль, сел.
— Что дальше? — спросил я.
Лицо Джанны не выражало ничего, она просто смотрела вдаль. Секунд пять ей потребовалось, чтобы среагировать.
— А теперь я отступаю, так как ты оказался слишком силен, и я не смогла тебя одолеть. Один из тех, кого мы захватили, кажется, его зовут Джим, в том здании в подвале. Осторожно спускайся, там в паре мест в лестнице провалы. Еще встретимся.
— Что?
— Я хочу жить, а значит, выбора у меня нет. Умрешь ты, умру и я. Такова связь между нами. А значит, пусть будет так…
На прощание, игнорируя мой полный непонимания взгляд, Джанна чуть коснулась моего носа, смахнув пылинку, и чуть хлопнула по щеке. До сих пор прибывающий в степени крайнего удивления, я никак не отреагировал на это, и только когда она скрылась за воротами, позволил себе упасть на острые камни и полежать несколько минут, приходя в себя…
