«Этот раскол углублялся медленно, но одной ужасной ночью дошел до предела. Не было борьбы, но было… так много ярости. Их лидер, Феланис, некоторое время вел себя странно. Мы с ним никогда не были близки, но действовали вместе ради всеобщего выживания. Он забрал моего дорогого друга, собрата-тамплиера Алзадара. Мы вместе обучались, мы вместе сражались, но все это кончилось. Мой старый друг закрылся от меня и всех остальных. Он обратился внутрь себя, стал отшельником и делился мыслями лишь в самых необходимых случаях. Теперь он обратился к Феланису. А тот в конце концов назвал нас глупцами и идеалистами и исчез среди диких лесов вместе с Алзадаром и некоторыми другими. Мы пытались догнать их, остановить, – ведь уйти из городов было безумием, верной гибелью, – но Алзадар и другие настояли на том, чтобы пойти за ним. Все мы – свободны. Мы живем и умираем, следуя тому выбору, который совершаем сами. Мы не могли заставить их остаться. И с того момента протоссы на Айуре разделились».
– Но Феланис, Алзадар и остальные Сотворенные – они все еще живы? – спросила Розмари. Ладраникс посмотрел на нее мерцающими бледно-голубыми глазами.
«Живы. Они обнаружили неожиданное убежище. Под поверхностью тянется система пещер. Некоторые из них огромны. Многие до сих пор не исследованы. И именно здесь нашли прибежище талдаримы. Они поднимаются на поверхность только для того, чтобы подпитаться от звездного света. Пусть слабого, но достаточного, чтобы поддерживать в них жизнь».
Розмари и Джейк обменялись взглядами. У него начинало появляться нехорошее предчувствие.
– Случайно… не живут ли талдаримы рядом с той областью, где собирался приземлиться наш корабль?
Ладраникс поднял голову и руки в жесте, который Джейк распознал как удивление, окрашенное тенью смущения.
«Действительно, именно там».
Вопреки своему любопытству, Ладраникс сдержал слово: он не прочел мысли Джейка или Розмари. Теперь профессору стало ясно, что и Замара тщательно скрывала от него то, что думает по этому поводу.
Розмари раздраженно всплеснула руками.
– Ну разве не потрясающе? На всей треклятой планете есть единственное место, куда нам нужно попасть, и именно там половина протоссов собирается дать нам бой!
Замара в разуме Джейка издала звук, похожий на вздох. Она была Хранителем. Ее знание предназначалось для всех протоссов, но оно вовсе не было тем, о чем стоит рассказывать на каждом углу. Джейк не сомневался, что, сложись ситуация иначе, Замара не сочла бы необходимым делиться этим даже с Ладраниксом и остальными Шел-на Криас. Но Розмари предельно точно, если не сказать грубо, резюмировала ситуацию. Им потребуется помощь, чтобы проникнуть в залы и достать то, за чем они пришли сюда. Протоссы же, как бы они ни уважали своих Хранителей, не предложат помощь сразу и не пойдут атаковать себе подобных – если дело дойдет до этого, – а будут настаивать, чтобы сначала им все рассказали.
Мысли Замары и Джейка, переплетенные и связанные, мягко потекли в разум Ладраникса. Его глаза расширились, когда Замара ярко и красочно показала, что видел Джейк – терран, чужак, даже не протосс.
«Мы… не знали, – выдавил Ладраникс. Он был ошеломлен. – Все это время… под поверхностью таились такие сокровища».
–
«Но теперь то, что было скрыто… во тьме… вновь выходит на свет, – сказал Ладраникс. – Сперва темные тамплиеры, древняя и постыдная тайна, вновь появились в нашей жизни. А теперь это. Замара, можешь ли ты открыть нам больше? Можешь ли сказать, почему мы должны найти эту технологию и принести ее нашим братьям?»
Джейк уже стал мастером изящного искусства передачи мыслей, но в ответ на вопрос Ладраникса у него невольно вырвалось:
– Ну-ну, размечтался.
Он почувствовал быстро сменившие друг друга чувства протосса – изумление, обиду и веселье – и покраснел от смущения.
–
