Охотники из тени полностью

Так или иначе, Розмари знала, что прошло уже несколько долгих часов. Она надеялась, что находится неподалеку от той чертовой штуковины, что была так необходима Замаре.

Джейк старался не беспокоиться о Розмари, и у него совершенно не получалось. Он говорил себе, что девушка на порядок выносливее его и более чем способна справиться с любой ситуацией. Кроме того, она сообразительна и постарается избежать любых проблем. Слово «проблема» напомнило Джейку об Итане Стюарте, который так и звал Ре-Ми. Он вспомнил, каким видел Итана последний раз, и сказал себе, что Розмари, без всяких сомнений, прекрасно сумеет защитить себя, даже если привлечет внимание некоторых протоссов из числа этих Сотворенных.

– Если ее обнаружат… Как ты думаешь, талдаримы убьют ее? – спросил он Ладраникса после того, как они уже прилетели обратно в город.

Протосс задумался, и сердце Джейка ушло в пятки.

«Я не знаю, – сказал он, и Джейк знал, что тот говорит правду. – Мы бы не стали, но мы – не Сотворенные. Протоссы не убивают протоссов».

Окончание фразы осталось несказанным: «Но протоссы могут убить террана».

Джейк ничего не мог с собой поделать – он должен был знать. Он взял рацию и нажал большим пальцем на кнопку вызова. Устройства настроили так, чтобы не было ни звуковых, ни световых сигналов, понизив тем самым риск обнаружения. Рация будет лишь вибрировать, давая Розмари понять, что с ней пытаются связаться. Если опасности нет, то она ответит ему.

Но ответа не было.

– Джейкоб… Тебе не стоит строить догадки. К этому моменту с Розмари могло случиться множество разнообразных вещей. Возможно, сейчас она находится там, где пользоваться рацией опасно. Или устройство могло сломаться. Или, возможно, на него воздействуют скрытые под поверхностью технологии. Что угодно из этого может стать причиной того, что она не отвечает.

– Я знаю, – ответил он и устало потер голову: из-за тревоги она снова разболелась. – Но… Я буду беспокоиться о Розмари до тех пор, пока она не вернется. Таковы люди, Замара.

– И я наблюдаю за вами. Я знала, что, будучи Хранителем, многое могла бы испытать. Но я не ожидала, что в числе прочего окажусь внутри чужеродного тела и разума.

– Как на прогулке, да?

Ее мысленный голос звучал проникновенно и нежно:

– Похоже на… прогулку, как ты выразился, верно.

– Если бы я мог перестать волноваться за нее. Если бы я мог… Если бы мог перестать испытывать к ней чувства.

– Я не могу изменить этого, Джейкоб, но даже если и могла бы, не стала бы пытаться. Я уже потребовала и взяла от тебя достаточно. Я не заберу у тебя и это.

Неожиданно его словно ударило током. Он уже задумывался об этом раньше, но не позволял себе развивать мысль. Теперь же он решился.

– Хранители обладают всеми мыслями, чувствами и воспоминаниями всех протоссов, правильно?

– Совершенно верно.

– А поскольку я теперь Хранитель, – насколько им может быть человек – то все мои мысли, чувства и воспоминания… О боже.

– Они будут добавлены к целому. Все будущие поколения будут это помнить.

Джейк густо покраснел, и вовсе не от палящего солнца.

– Это не должно причинять тебе чрезмерные страдания. Будущие Хранители не станут исследовать такие простые и общие для всех вещи, как сексуальное влечение или мелочная ревность.

– Ну спасибо тебе, успокоила так успокоила.

– Если это как-то утешит тебя, Джейкоб, то, скорее всего, сохранятся моменты твоего героизма, самоотверженности и величия.

Джейк и правда почувствовал облегчение.